Хрясь!
Я со всей силы опустил «Демонокрушитель» на гладкую макушку Бека.
Пш-ш-ш-ш!
Череп и кожа лопнули одновременно. Кровь фонтаном брызнула изо всех отверстий.
Засада удалась.
Но эти ублюдки явно успели повидать всякое. Даже когда их командиру размозжило голову, они среагировали почти мгновенно.
Топ-топ.
Лучник отскочил назад, разрывая дистанцию.
— Псих ёбаный!
Бойцы ближнего боя, наоборот, рванули ко мне и без лишней суеты перекрыли подходы слева и справа.
Прямо тараканы, а не люди.
У-у-ух!
Я применил умение [Гигантизация] и обрушил молот на щитовика, который оказался ближе всех.
К моему удивлению, тот даже не попытался увернуться. Просто подставил щит под траекторию удара и крикнул товарищу:
— Коли!
Ага. Сам примешь мой удар, а второй в это время воткнёт мне оружие в бок?
Щит, кстати, выглядел дорого.
«Адамантий».
Похоже, мужик всерьёз рассчитывал на дорогущую железку.
Вот только в мире хватает вещей и получше.
«Дёргайся, дёргайся».
Молот встретился со щитом.
БАБАХ!
Щит лишь немного вмяло. В остальном — хоть бы что.
А вот его хозяину повезло куда меньше.
Хр-рясь!
Кровь хлынула из него сразу во все стороны, будто из жестяной банки, которую насквозь пробили шилом.
В прошлый раз я ведь не использовал [Размашистый Удар], поэтому и свойства двойного нумерованного артефакта не сработали.
При применении навыков дробящего оружия — урон +500 %, расход силы души уменьшается вдвое.
При ударе сверху — дополнительное пробивание брони 50 %.
Тук.
Щитовик рухнул на пол. От чудовищного внутреннего давления глаза у него едва не вылезли из орбит.
Так. Следующий.
Шурх.
Я перевёл взгляд на третью цель, и тот сразу попятился. Лучник за его спиной сделал то же самое.
Сбежать решили?
Смешно.
Я никого из них отпускать не собирался.
«Превосхождение».
Команда сорвалась с языка без задержки.
«Око Бури».
Активный навык, который мне достался от Стормгаша.
Бум!
Я топнул, и вокруг закрутился вихрь.
Но работал он уже не так, как у самого Стормгаша. Это меняло [Превосхождение].
У-у-у-у-у!
Теперь [Око Бури] не затягивало всех врагов в радиусе пяти метров.
Вместо этого я мог выбрать одну цель в пределах двадцати метров.
Только одну.
И подтянуть её прямо к себе.
— А-а-а-а-а! Сука-а-а!
Вот так.
Хрясь!
Трое готовы.
Но останавливаться я не собирался и сразу посмотрел в сторону последней цели — убегавшего лучника. Если бы он успел слишком далеко оторваться, я активировал бы [Прыжок] и догнал его.
Не понадобилось.
Чвак.
Амелия уже настигла его и закончила дело сама.
Практичная женщина.
Нравилось ей происходящее или нет, но раз я уже начал резню, самым надёжным решением было убрать всех свидетелей.
— П-п... п-поща... дите...
Тук!
Амелия ударила по затылку и Зенсию, девчонку, которая стояла рядом с лучником. Та обмякла без сознания. После этого Амелия подошла ко мне и коротко бросила:
— Глупость сделал.
— Потому что они люди лорда?
— Нет. Потому что теперь из-за тебя придётся убить и девчонку.
...Вот как это работает?
Но ведь тогда она точно была жива.
— Даже если не сегодня, возможностей убить её было достаточно. Если бы ты не вмешался, рано или поздно это сделала бы я.
— ...Ты?
— На мне тоже лежит часть ответственности.
Ответственности...
Да хрен его знает.
В голове каша.
Пииииииии...
Я забил насмерть всех четверых, а звон никуда не делся. Легче не стало — только теснее в груди.
— Зачем ты так сорвался? Сам же говорил, что отца ни разу не видел.
Да. Говорил.
И я прекрасно понимал ещё кое-что: сколько бы я сейчас ни перебил этих ублюдков, для него это ничего не исправит. Никакой компенсацией такая месть быть не могла.
Пожалуй, более жалкого лицемерия и придумать трудно.
Но...
— Просто.
Других слов я не нашёл.
— Просто... захотелось.
— ...Ясно.
Удивительно, но Амелия не стала злиться или читать мне нотации. Просто молча смотрела.
— ...
Я отвёл глаза и увидел тело Янделя Джарку.
Его не просто убили в бою. По всему было видно: над ним ещё и издевались, обращались с трупом как с игрушкой.
Хруст.
Пальцы сами сжались в кулаки.
В памяти всплыл наш короткий разговор в разломе.
[Бьорн, да? Если можешь, не тяни с детьми. Грустно уйти и ничего после себя не оставить.][...Правда?][Ага. Я и сам этого не понимал, пока ребёнок не появился.]
Джарку говорил, что родной ребёнок — будто ещё один ты сам.
Что в этом есть что-то удивительное.
Что после рождения сына у него впервые появилось желание важнее собственного успеха. Важнее даже мечты стать великим воином.
[Ха-ха. Вот увидишь, из него точно выйдет великий воин.]
А я тогда сбежал.
[Хватит!][А?][Хватит. Мне пора...]
Одной этой фразы хватило, чтобы я понял всё слишком хорошо.
Пусть я проживу жизнь под именем Бьорна Янделя. Пусть спасу сколько угодно людей. Пусть весь город будет называть меня героем.
«Мне всё равно не простят».
Даже если я сам никогда этого не просил.
Хруст.
Правда не меняется от того, нравится она мне или нет.
Я злой дух.
Тот, кто отнял у этого варвара даже его единственное, самое дорогое наследие.
— Похоже, немного успокоился.
Я долго смотрел на тело Янделя Джарку, пока Амелия наконец не заговорила.
Она была права. Время лечит — или как там говорят.
Звон в ушах постепенно стих, дрожь тоже прошла. Теперь оставалось думать, как разгребать то, что я натворил.
Я посмотрел на лежавшую без сознания Зенсию.
— ...Её обязательно убивать?
— А что ещё предлагаешь? Вернётся живая — люди лорда узнают, что мы сделали.
Да блядь.
Я тяжело выдохнул. Амелия покосилась на меня.
— Есть причина её не убивать?
— Она ещё... ребёнок.
Сказав это, я сам себе удивился.
Почему я вообще пытаюсь найти способ её спасти?
Я ведь знаю будущее.
Эта девочка проживёт жизнь, похожую на ад, а когда вырастет, её тело захватит злой дух.
Так, может, лучше умереть сейчас...
«Блядь».
Что за хуйню я думаю?
Она всё равно когда-нибудь умрёт, поэтому можно прикончить её прямо сейчас — ничего ведь не изменится? А заодно, может быть, я этим докажу, что Аурил Гавис ошибался?
Нет.
Я резко мотнул головой.
— ...Убивать её нельзя. Давай найдём другой способ.
— На тебя не похоже.
— Много ты обо мне знаешь?
Даже не знаешь, что я злой дух.
Ответ вырвался резче, чем я хотел. И всё-таки в глубине души я понимал: Амелия попала в точку.
Обычно я, возможно, выбрал бы иначе.
Но...
«Хотя бы сегодня».
Сегодня я не хотел.
День и без того выдался тяжёлым. Даже если это решение означало просто покориться судьбе, ещё одну смерть я сейчас не вывезу.
Поэтому, когда Амелия шагнула к девочке, я остановил её.
— Ты прав. Похоже, я и правда плохо тебя знала. Не думала, что ты такой мягкотелый. Раз сам не можешь, тогда я—
— Хватит.
Я схватил её за запястье.
— ...Советую отпустить.
— Я же сказал: попробуем найти другой способ.
— Способ? Надёжнее этого ничего нет.
Да чтоб тебя...
Я всего лишь предлагаю пару минут подумать вместе, неужели...
«Точно! Вот оно!»
Меня осенило.
— Пилюля! Та самая, которую сделали алхимики Ноарка! Она же стирает память! Эти люди служат лорду, значит, у них такая может быть!
Я выдал это с восторгом человека, которому только что открылась истина мироздания. Амелия лишь фыркнула.
— Сейчас этот препарат только появился. Он редкий и дорогой. У таких людей его быть не должно.
— Но проверить-то можно!
— ...Ладно. Если иначе не успокоишься, ищи.
Она выдернула руку.
— И ещё. Никогда больше не хватай меня без спроса.
Вот же нервная.
Амелия подошла к трупам и начала обыск. Отлично. Даже если пилюли не найдётся, я хотя бы выиграл немного времени, чтобы придумать что-нибудь ещё...
«Стоп».
Только теперь до меня дошло, какую ошибку я совершил.
Судя по виду Амелии, она пока ничего не заметила, но...
«Пиздец».
Видимо, после всего случившегося я совсем перестал соображать. В нормальном состоянии я бы такую глупость не ляпнул.
«Ладно. Если она сама потом об этом спросит, тогда и выкручусь».
Я присел рядом, начал стаскивать с мертвецов снаряжение и проверять рюкзаки. Заодно продолжал думать, что делать, если средства для стирания памяти всё-таки не окажется.
И тут Амелия замерла.
— ...Надо же. Повезло. Не ожидала, что у них уже есть такая вещь.
Пилюля действительно нашлась.
Дальше всё пошло быстро.
Амелия сунула лекарство Зенсии в рот, и мы стали ждать, пока та придёт в себя.
Прошло какое-то время.
— А-а! Ч-что... что происходит?!
Зенсия очнулась со связанными руками и ногами и с повязкой на глазах. Мы отошли подальше и молча наблюдали.
Препарат из ранней партии. Вполне мог попасться брак.
— Дядя Бек! Дядя Бек! П-помогите!
Раз она первым делом зовёт уже покойного Бека, память точно стёрлась.
Оставалось понять, насколько далеко назад.
Зенсия была в полном раздрае и бормотала сама с собой. Этого хватило, чтобы получить ответ.
— Она ничего не помнит с самого момента входа в Хрустальную Пещеру. Похоже, ранняя версия получилась даже сильнее той, которую потом начали выпускать массово.
Амелия снова подошла к дёргающейся девочке, оглушила её и вдобавок заставила проглотить снотворное, чтобы та случайно не очнулась по дороге.
С этим вопросом можно было считать поконченным.
— Лабиринт скоро закроется. Значит, нам остаётся побыть с ней всего несколько часов.
Мы сменили место и коротали время рядом со спящей Зенсией.
Не бросать же ребёнка одного в Лабиринте.
Когда Лабиринт закроется, люди лорда её подберут. Конечно, попытаются выяснить, что произошло, но рассказать ей будет нечего.
— ...Амелия. За то, что было раньше, извини.
Я всё-таки попытался извиниться. Она сделала вид, что не услышала.
Так мы и сидели в неловком молчании, пока вокруг внезапно не вспыхнул белый свет.
Ш-ш-ш-ш-ш!
Лабиринт закрылся.
Только на этот раз нас встретили не тёплое солнце и свежий воздух. Перед глазами раскинулся всё тот же тусклый Подземный город.
— Вышли.
Площадь Измерений в западной части замка лорда.
Здесь порядки уже совсем не такие, как в Рафдонии.
На поверхности после каждого похода исследователи обязаны проходить контрольный пункт и обменивать магические камни. Здесь обмен — личное дело каждого.
— Ну что, пошли пить!
— Эй, это не мелкая из шайки Бека валяется? Чего она одна? Остальные, что ли, внутри подохли?
— Железный Клык обрадуется. Он на Бека давно зуб точил.
Исследователи быстро разошлись по своим делам, и площадь опустела. Зенсию, лежавшую в стороне, вскоре заметили люди лорда и куда-то унесли.
— Нам тоже пора.
— Ага...
Мы покинули площадь и направились в одно конкретное место.
[Торговый Дом «Мелта»]
Единственный крупный торговый дом Ноарка и самое популярное место среди местных грабителей, когда нужно сбыть снаряжение.
У пункта обмена магических камней очередь была небольшой, зато перед отделением «Мелты» толпился народ. Ничего удивительного: сами магические камни здесь ходили как деньги, поэтому менять их было необязательно. Насколько я знал, в обменном пункте их вообще выдавали не за наличные, а за еду или нужные товары.
— Хм. Железная Маска и Эмили. Пожаловали две самые известные личности последних дней?
Когда дошла наша очередь, мы начали выкладывать всё снаряжение, которое тащили с собой.
Разумеется, вещи Бека я не тронул.
Покажи мы их здесь — слишком легко стало бы догадаться, кто прикончил его группу.
— ...Вы хотите сказать, что всё это добыли за один поход?
Чем больше мы вытряхивали из рюкзаков, тем сильнее стекленел взгляд служащего.
В Ноарке грабителей хоть пруд пруди, но, похоже, даже здесь редко кто возвращался с таким уловом.
— Оценка займёт некоторое время. Подождёте?
Служащий позвал ещё нескольких оценщиков, и они вместе принялись считать стоимость.
Минут через десять назвали цену.
21 магический камень 4-го ранга.
1 магический камень 5-го ранга.
7 магических камней 7-го ранга.
Чёрт, в таком виде цифры мне вообще ничего не говорили.
— Сколько это по курсу обменника Рафдонии?
— Ах да, вы ведь впервые в Ноарке и можете не знать местных цен. По курсу прошлого месяца — всего 21 570 000 стоунов.
Амелия меня предупреждала, но всё равно — вот же охуевшие грабители.
Да, большая часть вещей была с нижних этажей. Да, пространственные сумки и рюкзаки с расширенным объёмом мы на продажу не выставляли. Но всё равно...
— На поверхности за это дали бы больше семидесяти миллионов стоунов.
— На поверхности — разумеется.
Ишь ты, как разговаривает, сука.
— Всё. Эмили, забираем и уходим.
— Вы не будете продавать?
— Нет. За такую смешную цену не отдам.
— Как пожелаете.
Мы снова собрали вещи и вышли. Служащий даже не попытался нас удержать.
Уверен: он просто считал, что деваться нам всё равно некуда и в конце концов мы вернёмся продавать сюда.
— Для начала в гостиницу.
Мы вернулись в постоялый двор, где остановились. По очереди вымылись, переоделись и сели друг напротив друга.
— Теперь, когда мы показали «Мелте» награбленное снаряжение, лорд заинтересуется нами даже без Бека.
Именно ради этого мы и тащили на оценку вещи, которые не собирались продавать.
Фактически «Мелта» принадлежала лорду. Сведения о заляпанном кровью снаряжении, чужих удостоверениях и прочих доказательствах наших многочисленных ограблений неизбежно дойдут до его ушей.
— Значит, теперь остаётся ждать.
— Пока да.
Мы обсудили ещё несколько мелочей, потом я переоделся в обычную одежду и лёг.
— Если всё, я спать. Устал.
Заснуть, конечно, не получилось.
Я долго ворочался, пока Амелия вдруг не окликнула меня.
— Спишь?
— Нет. Что?
— Кое-что стало интересно.
Интересно, значит...
Кажется, я знал, к чему она ведёт.
Наверняка вспомнила ту самую мою оговорку.
— Спрашивай.
— Откуда ты узнал о Благословении Амерна?
О. Значит, препарат назывался так?
Новость для меня, но виду я не подал.
— А, об этом? Ты же сама в прошлый раз дала мне его в гостинице и велела проглотить.
— Я не говорила, что его изготовили алхимики Ноарка.
— Мне стало любопытно, что это за штука. Я поймал другого исследователя из Ноарка и перед тем, как убить, расспросил!
— Хм. Вот как. Значит, именно так...
Что за тон, блядь?
Мне это всё меньше нравится...
— Варвар, вообще-то та пилюля называется Благословением Леты. Никакого Благословения Амерна не существует.
А?
— Значит, я всё-таки угадала.
На кровать упала чья-то тень.
Я медленно повернул голову. Амелия уже стояла рядом и смотрела сверху вниз.
— Ты тогда не потерял память.
Шах и мат.
Судя по всему, она заметила мою ошибку сразу, но нарочно притворялась, что ничего не поняла, пока я окончательно не расслабился.
До чего же хитрая баба.
Я вздохнул и решил не ломать комедию.
— Да. Не знаю почему, но на меня оно не подействовало.
Ну попался брак — что я с этим сделаю?
И что теперь?
Тогда я молчал, потому что боялся: если она узнает о сохранившейся памяти, решит меня убить. Сейчас скрываться уже вроде незачем. О существовании Ноарка в городе и так всем известно.
«Да и что мне теперь вообще прятать?»
Если подумать, нервничать было не о чём.
Я резко сел и уставился на Амелию, всем видом показывая: ну, говори, что хотела.
Но её лицо мне не понравилось.
— ...
Взгляд стал каким-то чужим.
Холодным.
— ...Почему ты так на меня смотришь?
Амелия ответила без тени улыбки:
— Бьорн Яндель. Память после этой пилюли сохраняют только злые духи.
А.
Ну.
Понятно...
«Блядь».
Вот этого я не знал.
Загружаем комментарии…