Глава 319. Вторжение в клетки мозга (часть 26)

Время возвращается в настоящий момент.

Мастер Планов перевернул карту и посмотрел на нее. На лицевой стороне его карты [намека] был  изображен моток черной шерсти.

«Неужели меня обмотают шерстью?» — поглядев на карту, сказал Мастер Планов.

Не успел он это произнести, как взгляды Лебедя, Осеннего Ветра и Фэн Буцзюэ, которыми они смотрели на него, переменились.

«Что…» — Мастер Планов хотел спросить, что не так, но не смог ничего произнести, он тоже был ошеломлен произошедшим.

В этот момент сторонние наблюдатели видели, как волосы на голове Мастера Планов начали набухать и очень быстро превратились в огромный, пушистый взрыв. Затем, из его «гигантской копны», как из грозовой тучи начал «идти дождь», но вниз падали не капли, а водопад длинных волос.

Примерно тридцать секунд спустя, все это, наконец, прекратилось.

Изначально коротко стриженная голова Мастера Планов, сейчас напоминала огромный гриб, и со шляпки этого гриба свисали длинные волосы, словно стебли ивы. Если бы он встал, то его тела совсем не было бы видно, а издалека он бы напоминал черную, лохматую медузу.

«Когда вы посчитаете, что обрели желаемую вещь, на самом деле, уже потеряете намного больше». — Мастер Планов снова произнес эти слова, одновременно рукой отводя занавес из волос, показывая свое лицо. – «Хоть я действительно хотел попробовать в игре другую прическу (компания Сон, уже объявила на официальном сейте, что в Триллер Парке скоро будет проведено обновление, и откроется служба, где можно будет менять прическу), но, определенно, не такого формата…»

«Когда ты посчитаешь, что получил титул короля шампуня, стрижки и укладки, на самом деле, ты уже потеряешь авторитет и достоинство». – Холодно насмехался Фэн Буцзюэ.

«Ха-ха-ха-ха…» — услышав этот комментарий, Осенний Ветер громко расхохотался, но несколько секунд спустя, из его груди, в месте, где ее пронзил меч, снова начала сочиться кровь. – «Кха… Не надо… Не смешите меня, иначе я и часа не протяну».

Успокаивающе заговорил Лебедь: «По сравнению со всеми нами, ты в лучшем положении». – Сказав так, он просунул пальцы через прутья клетки и по привычки поправил очки.

«Я бы предпочел клетку на голову». — Мастер Планов отбросил волосы с лица за плечи, иначе он ничего не видел.

«Господа, давайте продолжим». – В этот момент заговорил Мориарти. – «Мистер Мастер Планирования, вы хорошо справилась, перед вашим появлением, три ваших спутника уже закончили свои раунды». – Его тон, по-прежнему, был спокойным. – «Сейчас, я уверен, вы уже увидели механику этой игры».

«Мы видели эффект от карт, но правила?» — сказал Фэн Буцзюэ. – «Мы не можем продолжать играть под вашим руководством».

Мориарти повернул голову и обменялся взглядами с Холмсом, затем сказал игрокам: «Выражения – своеобразная сила». – Он поднял руку, сделав представляющий жест. – «Прошу вас, запомните это, поскольку в этом пространстве, а именно за этим игровым столом – это основное звено».

Он указал рукой на карты на столе: «Основные правила этой игры: каждый игрок должен использовать четыре карты — [намек], [вопрос], [предположение] и [вывод]». – Его взгляд заскользил по лицам игроков. – «Но есть одна проблема, за этим столом только я и мистер Холмс знаем «истинную картину». Поскольку вы не владеете информацией, очевидно, что у вас нет причин выбирать намек».

«Потому, по правилам намек нужен, чтобы вступить в игру?» — продолжил Лебедь.

«Именно». – Ответил Мориарти. – «Мы оставили выражения, обладающие свойствами «намеков», повсюду. Чтобы вы, пока поднимались вверх, могли своими глазами увидеть влияние «выражений» на пространства других людей».

«Могу ли я трактовать это так… В этом мире, «выражения» — своеобразная сила, а «намеки» — это уловки, содержащие в себе отрицательные свойства». – Сказал Осенний Ветер.

«Не точно». – Вставил Холмс. – «Но очень близко».

«За этим столом нет положительной или отрицательной сторон, предпосылка, определяющая эффект карты, зависит от того, имеет ли ценность высказанное выражение». – Продолжал Мориарти. – «Сейчас мой ход, я скажу один намек и наглядно продемонстрирую». – Он сделал паузу и сказал. – «Намек — [В этом мире нет лжи]».

Когда слова отзвучали [намек] переместился к профессору.

Мориарти перевернул карту и показал всем присутствующим, лицевая сторона была чистой: «Смотрите, нет наказания».

Примерно пять секунд спустя, сквозь разрезанные щеки Фэн Буцзюэ просочился холодный смешок: «Пф… Понял». – Он легко играл ножом в руках. – «Ты – «владеющий информацией», фраза которую ты только что сказал, может помочь нам приблизиться к «истинной картине», потому, произнесенный тобой намек имеет цену». – Он на секунду замолчал, а потом продолжил. – «А мы, как не владеющие информацией, только что произнесли оставленные вами «выражения», и только, хоть они обладали свойствами «намека», но за этим столом они были бессмысленными».

«Верно, по-видимому, ты мастер своего дела». – С легкой усмешкой ответил Мориарти.

Мастер Планов задумался и, резюмируя, сказал: «В таком случае… В этой игре, не владеющие информацией, выбирая [намек], непременно будут получать наказание, поскольку владеющим информацией наши намеки не нужны.

А для владеющих информацией, не нужен пункт [вывод], поскольку вы с самого начала знаете истинную картину, и вам незачем делать выводы».

«Но проблема в том…» — прервал его Лебедь. – «Что каждому игроку необходимо использовать четыре карты, не так ли?» — он бросил на Мориарти проницательный взгляд.

«Да». – Как ни в чем не бывало ответил Мориарти. – «Я и мистер Холмс не такие люди, что будут жульничать».

Холмс добавил: «Поскольку вы не владеющие информацией, то  первая фраза, это по умолчанию намек. Пфффф…» — он выпустил облако дыма. – «У владеющих информацией нет такого ограничение и можно начинать с любой карты». – Он вытряхнул пепел. – «Однако… Вне зависимости от того, владеющий ты информацией или нет, в игре всего 4 раунда, повторную карту выбрать нельзя».

«Другими словами… Каждый игрок, за первых четыре раунда может выбрать четыре вида карт». – Откликнулся Лебедь и тут же спросил. – «Означает ли это… Что в пятом туре, мы сможем выбрать ту же карту?»

Мориарти холодно усмехнулся: «Верно, с началом пятого раунда, даже если в каждом круге вы будете выбирать [вопрос], это возможно». – Он прямо озвучил мысли Лебедя.