Глава 877. Всё меняется, а люди остаются прежними

Вся секта кипела активностью. В воздухе звучало множество разговоров, пока патриарх Духовный Поток и другие могущественные эксперты использовали поднимающие горы и осушающие моря магические техники, чтобы восстановить урон, нанесённый горным цепям штаб-квартиры.

Подразделение Потока Пилюль пустило в ход все способы, чтобы сохранить Лютый Небесный баньян, кроме того, все ученики круглосуточно изготавливали пилюли. Подразделение Глубинного Потока без устали трудилось, чтобы восстановить магическую формацию, защищающую секту, а также бесчисленные магические предметы, повреждённые во время битвы. В бою подразделения Кровавого и Духовного Потока сражались на передовой, поэтому многие из учеников ушли в уединённую медитацию, чтобы восстановить силы. Те, у кого была такая возможность, помогали с приведением секты в порядок.

Когда Бай Сяочунь отыскал Сун Цзюньвань, то она была очень занята административными делами Средней Вершины. Хотя она очень хотела провести с ним время наедине и поделиться тем, что было у неё на сердце, но её обязанности сейчас были важнее. Из-за текущего статуса Бай Сяочуня в секте, как только он появился, ученики обратили на него горящие восхищением взоры. На самом деле то, как они постоянно приветствовали его, соединяя руки, замедлило работы по восстановлению.

Бай Сяочунь наслаждался великолепным ощущением и уже хотел уйти, когда решил, что хорошо бы подбодрить других учеников. Однако не успел он открыть рот, как Сун Цзюньвань гневно посмотрела на него и прогнала. Он почесал нос и неловко удалился. Хотя он не хотел следовать приказам Сун Цзюньвань, но, когда смотрел на неё, ощущал вину за то, что произошло в диких землях с госпожой Красная Пыль. Уже от одной мысли о том, что случится, если об этом станет известно Хоу Сяомэй и Сун Цзюньвань, его сердце дрожало от страха.

Бай Сяочунь узнал от Ли Цинхоу, что по приказу Божественного проходил специальный отбор в стражи острова Достигающего Небес и Хоу Сяомэй вместе с Призрачным Клыком его прошли. Очевидно, подобные отборы время от времени устраивались и ничего странного в этом не было. В регионе рек Достигающих Небес любой культиватор, прошедший такой отбор, получал отличные возможности для развития. Более того, не все изначально отобранные люди в результате оказывались принятыми на службу на острове. Многие из них через короткое время возвращались обратно домой. Но даже эти люди испытывали значительный прогресс в уровне основы культивации. Те же, кто оставались служить, получали очень высокий статус. Даже в сектах у истоков реки к ним относились с крайним уважением.

Однако Бай Сяочунь чувствовал, что тут было что-то не так, хотя не мог понять, почему ему так кажется. По его подсчётам получалось, что Хоу Сяомэй забрали на остров примерно в то же время, когда произошла великая битва в диких землях.

«Может быть, я просто надумываю лишнего?» Немного подумав, он решил, что лучше всего придумать предлог и проведать Хоу Сяомэй.

Пока он размышлял об этом, он попал в поле зрения Шангуань Тянью. Тот стоял на краю обрыва, на его лице отражалась грусть и задумчивость, а рассеянный взгляд был направлен вдаль. По какой-то причине он казался старше и взрослее. Бай Сяочунь немного удивился, увидев подобное выражение на лице Шангуань Тянью. Немного подумав, он подошёл поближе, а потом проследил за взглядом Шангуань Тянью, заметив внизу в джунглях бревенчатый домик. Рядом с ней был могильный холм.

В руках Шангуань Тянью держал полоску синего шёлка. Его руки так сильно сжимали её, что казалось, он не отпустит, даже если ему придётся умереть. Так он стоял, бормоча что-то себе под нос и безотрывно глядя на могилу вдалеке. Бай Сяочунь тоже задумчиво поглядел на могилу, внезапно понимая, что кое-кого из своих друзей он так и не видел ещё после возвращения в секту. Он содрогнулся.

— Это могила Синьци, — тихо сказал Шангуань Тянью, его голос был хриплым с ноткой горечи. В нём не осталось и следа от его обычной зависти и ненависти по отношению к Бай Сяочуню. Всё это уже давно было стёрто временем, равно как и его нетерпеливость характера.

— Старшая сестра Чжоу… — выдохнул Бай Сяочунь. Он подумал о том, что помнил о Чжоу Синьци, которая когда-то была ученицей Ли Цинхоу, прославленной старшей сестрой Чжоу с Вершины Душистых Облаков… Он вспомнил, как вызвался помочь ей поймать Ворующего Кур Демона много лет назад… и как он в шутку любил называть её племянница по секте Синьци.

Эти воспоминания навсегда отпечатались в памяти Бай Сяочуня. Внезапно его дыхание стало прерывистым, и он задрожал. Ничто в мире так не отягощало его сердце, как умерший друг из его поколения. Она никогда не исчезнет из его памяти, но при этом всё, что она сказала и сделала, теперь навсегда останется в прошлом.

Когда Шангуань Тянью увидел реакцию Бай Сяочуня, то горе в его глазах стало ещё заметнее. Шангуань Тянью не знал, когда именно это произошло, но он влюбился в Чжоу Синьци, и она отвечала ему взаимностью. Однако до самой её смерти он ни разу не заговорил с ней о своих чувствах. Десять лет назад Чжоу Синьци отправилась на задание вне секты, когда ей на пути встретились культиваторы из Двора Реки Противоположностей. Произошёл бой, и её убили.

И хотя Шангуань Тянью отомстил за её смерть, он навсегда изменился. Он стал тише и менее импульсивным. Он старательно работал над своей культивацией и медленно занял место самого сильного культиватора своего поколения в секте Противостояния Реке. Но при этом лицо Чжоу Синьци всегда было перед его сердечным взором. Полоска синего шёлка, которую он сейчас держал в руках, была её подарком, который он собирался хранить вечность.

Бай Сяочунь молча смотрел на могилу Чжоу Синьци. Потом он соединил руки и низко поклонился… Шангуань Тянью прикрыл глаза. Через какое-то время он снова открыл их и посмотрел на Бай Сяочуня.

— Спасибо, Бай Сяочунь… — после этого он развернулся и понуро ушёл прочь.

Бай Сяочунь посмотрел ему вслед, потом ещё какое-то время остался стоять на утёсе, созерцая могилу Чжоу Синьци. Он просто не мог перестать думать о том, как она выглядела много лет назад. Он внезапно понял, откуда взялись те седые волосы на голове у Ли Цинхоу: всё это было последствиями смерти его любимой ученицы.

«Почему?.. Почему на пути культивации… непременно нужно сражаться и убивать?» Именно этот вопрос он задавал себе, когда только вступил в мир культиваторов. После всего, что ему пришлось пережить, можно было решить, что он отыскал ответ на него. Но это было не так.

Наконец он ушёл, думая о том, что есть ещё очень много всего, чего он не понимает. Хотя секта одержала великую победу, та принесла с собой много слёз. Уходя с утёса, он использовал божественное сознание, чтобы изучить всё вокруг — свой дом, где не был так давно. Одним из первых он заметил Бэйхань Ле…

В дальнем уголке секты находилось огромное кладбище, где покоились останки героически погибших в сражении учеников… Именно там стоял Бэйхань Ле рядом с могильным камнем, на котором он сам что-то вырезал. На камне не было имени. Только изображение… Большого чёрного пса. В руке у Бэйхань Ле была фляга алкоголя. Время оставило свои следы на его лице. Волосы на висках уже поседели, и он казался намного старше. Его окружал запах алкоголя, и, пока он смотрел на могилу, на его лице отражались различные эмоции. Этот чёрный пёс погиб, спасая его жизнь.

Сердце Бай Сяочуня снова наполнилось сложными чувствами. Он внезапно понял, как много вещей произошло во время его отсутствия, о которых он ничего не знал. Хотя он чувствовал печаль по поводу смерти чёрного пса, он решил не мешать Бэйхань Ле. Вместо этого он отправил божественное сознание, чтобы осмотреть бесчисленные могилы. Некоторые имена были ему знакомы, другие нет, но все они заставили его задрожать.

Как раз в это время брат Гунсунь Вань’эр Гунсунь Юнь отыскал Бай Сяочуня. Гунсунь Юнь был заметно старше, чем раньше. Он достиг формирования ядра, но только ранней стадии. Теперь он уже не был так знаменит, как во времена битв избранных южного и северного берегов секты Духовного Потока. И Бэйхань Ле, и Призрачный Клык уже давно обогнали его в культивации. Однако он никогда не терял своего достоинства и всегда гордился своей младшей сестрой.

Хотя его сестра стала очень холодной и отдалилась от него после возвращения из Бездны Упавшего Меча, но тот факт, что она так сильно изменилась и даже была избрана в качестве заложника в секту Звёздного Небесного Дао Противоположностей только доказывало, насколько она была невероятной. К сожалению, её телепортировало в дикие земли и никто не знал, куда именно. Это сильно сказалось на Гунсунь Юне и было источником его постоянных переживаний.

Дрожа от беспокойства, Гунсунь Юнь взял себя в руки, поклонился и сказал:

— П-патриарх Бай… вы вернулись… Сун Цюэ и мастер Божественных Предсказаний тоже пришли. Эм, может быть, вы что-то знаете о судьбе моей сестры?

Бай Сяочунь молча смотрел на Гунсунь Юня, и в его глазах отражались сложные эмоции. Немного подумав, он решил не раскрывать ему правды.

— Вань’эр погибла в битве у великой стены, она спасала жизнь друга…

Гунсунь Юнь на какой-то момент напрягся, слёзы показались в его глазах и покатились по щекам. Хотя он давно уже подозревал, что произошло что-то подобное, но продолжал надеяться на лучшее. Но теперь надежды не осталось. Сложив руки, он поклонился и ушёл, слёзы продолжали катиться по его лицу.