Глава 259

– Вот здесь.

– Что!?

Грид не знал, какое жалование получает Пиаро и какие условия для жизни ему предоставлены. Он лишь предполагал, что к столь талантливому человеку отнесутся со всем уважением и как минимум предоставят комфортное жилище. Однако, как оказалось, он глубоко заблуждался.

– Никогда бы не думал, что он будет жить в таком месте.

Чтобы великий мечник ночевал в таком богом забытом месте?

– В Рейдане ведь полно места. Неужели так трудно было выделить ему полноценный дом? – озадаченно глядя на лачугу, спросил Грид.

Великий мечник, который вскоре должен был стать мастером меча… Разве он не был прекрасным наставником для всех Вооружённых до зубов? И вот, чувствуя упрёк во взгляде Грида, Лауэль поспешно объяснил:

– Мы предлагали, но Пиаро сам отказался от более удобных апартаментов. Он сказал, что не заслуживает жить комфортной жизнью.

– Значит, его чувство вины всё ещё никуда не делось… – осознав ситуацию, мрачно пробормотал Грид.

Будучи бывшим капитаном Красных Рыцарей, Пиаро до сих пор чувствовал ответственность за погибших товарищей и членов их семей. Возможно, с таким грузом, который висел у него на сердце, Пиаро даже спать нормально не мог…

«Он лишь с виду кажется беззаботным, но…».

До недавних пор Грид считал, что Пиаро удалось исцелиться от старых душевных травм, однако это было лишь очередное заблуждение.

Тем временем товарищи подошли к дому, и Лауэль открыл рот, чтобы объявить о прибытии рейданского правителя:

– Его Высочество, герцог Грид…

– Не стоит, – оборвал его Янгу, после чего перевёл взгляд на Асмофеля и спросил, – Ты готов?

– К смерти я уже давно готов.

– Не спеши. Расстаться с жизнью можно всегда. А вот шанс что-то исправить может больше не представиться.

Наградой за успешное прохождение «Неизвестной Истории» была максимальная близость как с Пиаро, так и с Асмофелем. Итак, Грид надеялся, что именной НПС «Асмофель» останется в живых. Однако проблема заключалась в том, что его выживание зависело не от Грида, а от Пиаро.

«Ну, тут уже пятьдесят на пятьдесят…», – глубоко вздохнул Грид, после чего открыл дверь лачуги и вошёл внутрь.

Как и следовало предполагать, сидевший внутри Пиаро был совершенно один. Но в тот момент, когда их взгляды пересеклись, Грид интуитивно понял:

«Он стал сильнее».

Пиаро и без того был крайне силён. Тем не менее, поскольку Гриду уже доводилось сражаться с ним, он был практически уверен, что сможет одолеть великого мечника. Пусть Пиаро и обладал несравненно более высококлассным фехтованием, Янгу считал, что заручившись помощью Нои и Рэнди ему удастся победить.

Но сейчас… Сейчас всё было иначе. Высокая Проницательность Грида тут же послала ему предупреждение, что Пиаро стал монстром, чья сила была попросту непредсказуемой. По сравнению с их первой встречей он стал совершенно другим человеком.

«Кажется, он на голову превосходит даже Адского Гао…».

Неужели в отсутствие Грида ему всё-таки удалось стать мастером меча?

И вот, задавшись этим вопросом, Янгу почувствовал, как его сердце забилось с удвоенной скоростью. Он даже представить себе не мог, что однажды его город будет оберегать самый настоящий мастер меча.

Тем временем Пиаро поднялся со своего места и, пристально посмотрев на Грида, произнёс:

– Ты стал сильнее, герцог Грид.

– Ты тоже, Пиаро.

Больше всего сейчас Преемнику Пагмы хотелось проверить свои навыки против нынешнего Пиаро. Его прямо-таки переполнял боевой дух.

Однако сейчас было не время. Для начала нужно было разобраться с заданием.

– Ты убил Асмофеля? – спросил бывший капитан, чьи глаза были наполнены глубочайшими эмоциями. И этими эмоциями было не что иное, как ненависть к тому, кто его предал.

– Нет, не убил, – спокойно ответил Грид.

– Не убил? – переспросил мечник.

Неужели он ошибся в своём выборе и доверил свою месть слишком слабому человеку?

– Что это значит?

– Я привёл его к тебе, – указав в сторону дверного проёма, ответил Грид.

– Что!?

Корень всех его бед! Тот, кто убил его друзей, коллег и даже семью! Если это порождение зла действительно было здесь, Пиаро оторвёт ему конечности и размозжит череп!

Итак, с этой мыслью Пиаро немедленно выбежал наружу. Его лицо было настолько перекошено, что могло дать фору одному из великих демонов, а от исходящего от него давления все Вооружённые до зубов, за исключением разве что Грида, тут же вынуждены были опустить свои головы.

– Асмофель!

– … Пиаро…

Расстояние между двумя бывшими друзьями, воссоединившимися спустя несколько лет вынужденной разлуки, стремительно сокращалось. А затем…

Хр-р-р-русь!

Рука Пиаро схватила Асмофеля за шею, подняв тем самым его над землёй. Бледное лицо Асмофеля тут же искривилось, однако… Это явление произошло вовсе не из-за физической боли. Как только Асмофель увидел своего друга, его сердце наконец не выдержало, и он расплакался.

– Ты…! Почему такой позорный человек, как ты, проливает слёзы? – воскликнул Пиаро, остановив свой клинок, которым он уже собирался разрубить Асмофеля надвое.

– Прости меня… Мне так жаль…

Несмотря на сжатую шею, Асмофелю всё-таки удалось произнести несколько слов, которые он беспрестанно твердил себе под нос все эти годы.

И в этот самый момент сердце Пиаро словно ожило. Он что-то почувствовал. Возможно, совершенные Асмофелем зверства были сделаны против его воли?

Однако сейчас это было не важно. Что бы за всем этим не стояло, совершенные Асмофелем грехи были непростительными.

Итак, Пиаро вытрусил из головы ненужное любопытство и сжал шею Асмофеля ещё сильнее.

И Асмофель совершенно не сопротивлялся. Он просто продолжал извиняться перед Пиаро, прекрасно понимая, что даже смерть не сможет искупить его вину.

«Убей меня. Раздери меня на части, сожги моё тело и брось мою грязную душу в ад. И даже это не будет оправданием моих грехов…», – говорило его сердце.

И, глядя в его глаза, Пиаро прочитал эти слова. Он дружил с Асмофелем в течение 25 лет, а потому мог читать мысли своего товарища по одному лишь взгляду. Вот почему бывший капитан так остро ощущал предательство, совершенное Асмофелем.

– Ты, ужасный ублюдок…! – воскликнул Пиаро, и его клинок тут же взлетел к шее Асмофеля, заставив Грида тут же отвернуться и закрыть глаза.

«Чёрт… Всё пропало».

К сожалению, это была не та ситуация, в которую он мог вмешаться. Итак, рассудив, что тут уже ничего не поделаешь, Грид лишь тяжело вздохнул и решил смириться с неизбежным.

А тем временем Пиаро продолжал исторгать проклятия.

– Чёрт! Чёрт! Чёрт!

И Грид, вновь повернувшись к двум бывшим друзьям, увидел, что клинок Пиаро остановился ровно в сантиметре от шеи Асмофеля.

– Чёрт побери! – выплюнул Пиаро, после чего бросил бывшего командира на землю. А затем и сам обессилено рухнул рядом с ним.

Его благородный друг, Асмофель… Великий человек и преданный товарищ…

Пиаро был тем, кто знал его лучше всех, а потому…

– Расскажи мне, как это произошло.

Пиаро вовсе не собирался прощать Асмофеля. Просто ему было любопытно. Пиаро хотел узнать, почему их отношения закончились таким катастрофическим образом.

– …

Однако Асмофель ничего не сказал. Он знал, что его действиям нет оправдания.

– Ну же! Говори! – схватив его за воротник, вновь потребовал Пиаро.

Бывший капитан Красных Рыцарей, Пиаро… Он лишился абсолютно всего, и по иронии судьбы единственным оставшимся в живых другом был его самый заклятый враг. Он отчаянно хотел отомстить за свою погибшую семью и товарищей, но в то же время Пиаро хотел услышать эту историю.

И Асмофель, прочитав чувства Пиаро, с трудом открыл рот и начал рассказывать.

Он говорил только правду. Только то, что действительно имело место быть и то, что все эти годы было у него на сердце.

– …

И вот, постепенно убийственное выражение лица Пиаро начало сменяться огорчением. Как оказалось, наибольшей жертвой этой истории был сам Асмофель.

Асмофель не пытался оправдать себя. Он назвал себя слабым и худшим из людей. Но…

– …

Асмофель пытался говорить как можно спокойнее. Он постоянно перечислял, почему именно он должен умереть. Он подчёркивал свои грехи и просил положить конец его жалкому существованию. Однако ненависть Пиаро к Асмофелю уменьшилась.

– Черт побери! – снова выругался Пиаро, ударив кулаком о землю. Цель его гнева самоуничтожилась, в связи с чем из его глаз потекли слёзы.

Он был ошарашен и смущён, узнав всю правду. После этого он не мог убить Асмофеля. Однако такой исход всё равно был бы правильным для человека, погубившего такое количество невинных жизней.

И вот, когда Пиаро задавался вопросом, что делать дальше, к нему подошёл Грид.

– Я понимаю, что такие вещи трудно простить. Но теперь, когда ты узнал правду, разве стоит продолжать считать Асмофеля истинным виновником произошедшего?

– …

– Мари – вот кто должен стать объектом твоей мести.

Императрица Мари. Женщина, чья жадность погубила бесчисленное количество людей.

– Давай убьём её, – прямо предложил Грид, от чего Лауэль тут же схватился за голову.

«Вот чёрт. Ну разве нельзя было сказать: «Давай объединим наши усилия, чтобы рано или поздно положить конец козням коварной императрицы…» и всё в таком духе?».

Но вот, когда Лауэль ожидал категорического отказа, Пиаро посмотрел на Асмофеля и произнёс:

– Я больше не могу винить тебя, узнав, что ты был всего лишь марионеткой в нечестивых схемах императрицы.

И, услышав это, Асмофель заплакал, продолжая без конца бормотать извинения.

Такой был конец истории, который так хотел увидеть Грид. И, пока он с улыбкой смотрел на двух друзей, перед его глазами начали появляться ожидаемые информационные окошки.

Награда за скрытое задание оказалась даже больше, чем предполагалось.

«Просто поразительно».

Это был огромный успех. Такой, который нельзя было описать словами.

Читая всплывшие перед ним информационные окошки, Грид чувствовал себя так, будто ему принадлежит весь мир. Чтобы сдержать своё волнение, он даже сжал кулаки. А затем внезапно у него возник вопрос…

«Что это ещё за стопроцентное увеличение урожайности?».

Какое отношение это имело к мастеру меча? Итак, Грид пребывал в крайне озадаченном состоянии, пока случайно не вспомнил системное сообщение, увиденное им во время пребывания на территории Сахаранской Империи:

«Неужели… Нет… Быть того не может. Нет, нет и ещё раз нет», – замотал головой Грид, пытаясь избавиться от внезапно проскочившей в его голове мысли.