Глава 395

Сoкpушитeльный взрыв потряc крепость нaместника. Eсли в городе кто до сих пор и не знал о беспорядках во владениях главы города, то теперь таковых не осталось. Вся восточная часть крепости обвалилась, заволоченная дымом и пыльной крошкой. Oблако быстро проглотило ближайшие здания, устремившись дальше в город, к площади.

Из дыма вверх вылетела покрытая пылью и грязью фигура. Запоздало посмотрела на обломок своего оружия, а затем выбросила бесполезный предмет прочь.

Манс поморщился, повернув голову вниз, пытаясь найти под собой противника. Он смог выбраться из-под обломков, значит и тот пришелец должен. Воин не видел какой урон смог нанести противнику, зато отчетливо ощущал понесенный им самим. Левого глаза больше не было, как и рога с той же стороны. В общем то вся левая сторона тела теперь представляла собой сплошной кусок обгорелой плоти. Запах паленого мяса раздражал минотавра, особенного из-за того факта, что источником запаха был он сам. Про поврежденные внутренности и говорить не стоит. Эти молнии будто пытались зажарить его изнутри. Чтобы все это исцелить придется съездить в столицу. Ну а вернуть лицу нормальный вид ему теперь никто не сможет. Было в этой атаке что-то…

Из пыли показалась фигура.

Tот самый иноземец. Манс быстро пробежался по нему взглядом: внешние повреждения почти отсутствовали. Так, пара мелких ожогов. Если минотавру и удалось нанести противнику серьёзный урон, то он был внутренним.

— Xорошо выглядишь, — произнес Элим, глядя на своего противника, — Честно. Я думал, если тебя не убьёт, то хотя бы оторвет конечность-другую. A ты выглядишь вполне сносно.

Манс напрягся. Противник кажется был совсем расслаблен. Значит не боялся его и тех Адептов, чьи силуэты уже виднелись на подлете к месту схватки. Насколько же он силен? Или это все-таки излишняя самоуверенность?

Минотавр обратил внимание на одну деталь. Оружие противника исчезло. То странное копьё видимо не пережило атаку. Впрочем, как и его знаменитая булава.

Внизу послышался грохот ‒ это упал ещё один участок крепости. Два силуэта оказались рядом с иноземцем.

Те самые фамильяры. Если они здесь, то где же Иримэ и наместник?

Вопрос в его голове отпал сам собой, когда рядом показалась Иримэ и изрыгающий проклятья без остановки наместник. Парочка оборотов смогли поколебать даже каменное выражение лица знаменитого героя. Из всей его свиты выжили два крепких панцирника. Вся четверка покрылась пылью, вылезая из обломков, однако никаких серьёзных повреждений у них Манс не заметил.

— В порядке? – спросил Манс у подопечной, не отрывая взгляда от пришельца. Тот глядел на него в ответ. Смыкающиеся вокруг них кольцо их Адептов его совсем не беспокоило.

— Да, — непривычно коротко ответила эльфийка.

Значит бой с фамильярами дался ей нелегко. Уязвлена гордость.

Манс хотел поднять обе руки чтобы показать на окруживших их Адептов, но резкая боль заставила левую руку остановиться. Вверх поднялась лишь правая.

— Нас больше. Ты не сильно ранен, но та атака должна была забрать у тебя много сил. Сдайся и я представлю тебя Императору. Он решит твою дальнейшую судьбу.

Наместник метнул злой взгляд на минотавра. Только дурак не поймет суть сказанного. Манс фактически пригласил ублюдка, уничтожившего его замок, на аудиенцию к Императору! Этот иноземец смог так потрепать героя войны; империя не упустит шанса завербовать столь мощного воина в свои ряды. Такие типы периодически появляются. Конечно, безумцев, вырезающих целые города никогда не было, но появлялись недалеко от него ушедшие. Если они оказывались достаточно многообещающими, то империя прощала им все грехи, исполняла все их желания и превращала в верных солдат. В противном случае ‒ смерть.

Элим развел руки в стороны. Два призванных духа вернулись в его тело. Дым под ним рассеялся и мужчина стал медленно планировать на одну из башен поврежденной крепости.

Человек почесал нос, — Заманчивое предложение, Манс. Но не думаю, что ваша Империя способна дать мне то, чего я желаю. По крайне мере не в том виде.

— И что же не может дать целая Империя?

Ухмылка исчезла с лица Элима.

— Силу.

Минотавр нахмурился.

— Целая Империя по-твоему не обладает силой?

— Именно, — твердо произнёс Элим, — ваша Империя не имеет настоящей силы. К тому же, — животный оскал появился на лице человека, — я имел ввиду личную силу.

Минотавр подал сигнал всем Адептам приготовиться к атаке. Они не смогут завербовать его. До него дошло почему Империя не сможет дать ему силу. Он имел ввиду исключительно собственную силу, а это значит, что он собирается истребить всё государство чтобы стать сильнее. Учитывая пережитое сегодня, Манс решил не рисковать.

Гоблин-наместник зашипел,

— Ублюдок специально опустился на мой замок!

— Забудьте про замок, наместник. Я сам построю вам новый. Только вдарьте изо всех сил.

— Это можно, — процедил наместник.

Воздух вокруг гоблина пришёл в движение. Все остатки энергии внутри гоблина пошли на предстоящую атаку. Все Адепты в воздухе над Элимом стали готовить самые мощные свои заклинания, чтобы уничтожить нарушителя. Манса узнали быстро. Только один минотавр в стране может носить отличительные знаки Да’сваас. Против противника, способного сделать такое с легендарным воином нужно бросать все припасенное на самый экстренный случай.

Элим же с улыбкой наблюдал за всеми приготовлениями. На его теле светился лишь один символ. Самый большой, на груди. Это лишь подбодрило атакующих в их приготовлениях. Ведь теперь они все стали бояться его ещё больше. Они были достаточно близко чтобы ощутить полное отсутствие ауры у их противника, и чтобы понять, насколько чудовищной, нарушающей все законы способностью тот обладает.

Манс выставил вперед здоровую руку, собрав остатки энергии.

Минотавр издал боевой клич своей расы, подав сигнал к атаке. Первая атака – знаменитое чёрное пламя сорвалось с его руки.

Полсотни атак обрушились на поврежденную крепость наместника, на которой стоял иноземец. Сотни тонн камней обрушились под тяжестью магического шторма, образованного слиянием энергий полусотен Адептов.

Прошло почти полминуты прежде чем шторм утих. Манс провел рукой в воздухе; мощный поток воздуха рассеял дым вокруг крепости.

Элим стоял в центре!

На нём прибавилось ран. Кровь шла изо всех щелей. В некоторых местах кожа оказалась содрана. Пара пальцев явно смотрели не в нужном направлении. Но Манс отчетливо видел тот же ликующий, животный оскал на лице. Остатки энергии от удара быстро поглощались бездонной дырой, в которую превратился иноземец.

— Ещё увидимся.

Голос Элима разошёлся по всему городу.

Мужчина резко свёл руки вместе и между ними показался шар. В нём заключалась энергия почти сотни сущностей, взятых из собственных запасов, позаимствованной у окружающей среды и сворованной у атакующих. Он возвел руки к небу.

Манс взревел и выпустил перед собой волну чёрного огня в последний момент. Прежде чем маленький шар взорвался и поглотил весь центр города.

Минотавр ощутил, будто весь мир взорвался. Все известные ему сущности странным образом сплелись вместе и образовали нечто, поражавшее своей мощью и величием.

Последние капли маны и энергии из искры Манса пошли на защиту от этой ужасающей атаки. Этого точно не хватало. Минотавр пошёл на крайние меры – потянул ману из ядра насильно, вызывая магическое истощение. Благо чудовищная атака продлилась всего один удар сердца. На большее воину попросту не хватило бы сил, даже с учетом грядущего магического истощения. В нем не осталось ничего, даже полет он поддерживать больше не мог.

Руки подхватили его с двух сторон.

— Как вы, Манс? – дрожащим голосом спросила Иримэ.

— У меня истощение.

Голос Манса был едва различим, почти шепот. Минотавр мотнул головой в сторону, откуда раздавалось лишь негромкое сопение.

С другой стороны его держал панцирник из личной охраны наместника. Он стоял близко к нему и Иримэ, поэтому попал под щит, выставленный минотавром для спасения своей жизни и жизни эльфийки.

— Где наместник?

Воин попытался оглядеться. Рядом никого не оказалось, помимо тех, кто держал его за руки. В воздухе он тоже никого не наблюдал. Взгляд опустился вниз, туда, где стоял иноземец. Сердце воина дрогнуло от открывшейся картины. Крепости наместника больше не было, даже обломки с трудом проглядывались. Вместо центра города теперь был один сплошной кратер, занявший почти треть его площади.

Элим вынырнул из тени в паре километров от города. Рухнул под ближайшим деревом. Он драпал от своей же атаки, выкачивая остатки маны из тела. Волшебство Первомага Зуру слишком могущественное. Полсотни Адептов погибли от одной атаки, причем не направленной. Единственным, кто смог защититься оказался Манс. Он и стоял дальше всех и являлся сильнейшим из них, пусть и был потрепан и истощен.

Ныне же мужчина испытывал последствия собственных решений. То, о чем говорил Жак’ра. Эссенции всех сущностей, хранимых в его теле пришли в хаос. Иркан показал ему одну их техник Зуру, позволяющую использовать все сущности сразу, с дополнением эссенции. Никто такого не делал потому что поддерживать их равновесие крайне трудно, а при его потере практикующий мог пострадать или даже умереть. Поэтому все выбирают одну сущность в качестве основной. Она всегда доминирует и все остальные, если они есть, вместе взятые не могут с ней сравниться.

Зуру же нашел способ хранить в теле эссенции всего и сразу. Он сталкивал их друг с другом. Сложная сеть взаимных нейтрализаций позволяла эссенциям разных сущностей сосуществовать друг с другом. Без явной доминанты.

Последняя атака нарушила воздвигнутую Элимом сеть. Да, она не была такой как у Зуру. Тьма, огонь и смерть преобладают внутри него. Но теперь они составляют лишь половину всего.

Одна единственная атака всё разрушила. Мужчина не сдержал горькой улыбки, представляя сколько всего еще нужно сделать чтобы добиться силы Зуру.