Экстра 31. Так зародилась азорская валюта

— Да, чем дальше, тем интереснее и интереснее. Азора, поместье Мисуми Макото.

Сари, демонесса, недавно пережившая резкую смену обстановки, со стоном оглядывает свою новую комнату.

Она — прямой родственник Повелителя демонов, однако, на общий результат повлияло не это, она смогла проявить себя и стать одним из его наследников.

С другой стороны, она также была ближайшей в очереди к трону, однако положение рабыни человека отбрасывало её далеко назад.

Комната, в которой находилась девушка, была площадью примерно двенадцать татами (прим. — 19,44 м²), намного меньше той, что у неё когда-то была.

В Азоре, а точнее, в доме Макото, личные комнаты были не очень велики.

Может, дело было в том, что по его японским взглядам даже комната в двенадцать татами была роскошью.

Вообще, для человека с таким положением в обществе и таким богатством нормой было бы проживать в комнатах раза в два превышающих его жилое пространство, а уж собственный кабинет обустроить татами на шестидесяти (прим. — 97,2 м²).

Но ничего подобного не было. Да и внутри не было ничего впечатляющего. Большой, до потолка, книжный шкаф, детская мечта Макото, и кровать, которая к его неудовольствию становилась раз от раза больше.

Во всём помещении практически не было предметов роскоши или дорогой мебели. Обставлено оно было довольно по-спартански.

Для личности Макото — самое оно, хотя положение требовало большего. По этой комнате можно было многое сказать о хозяине.

В свою очередь, Сари жила более ‚ чем Макото, но при этом не была особо пессимистична.

Может, она умела неплохо приспосабливаться к новым условиям, а может, сдалась и смирилась с судьбой.

Как бы то ни было, вместо того чтобы беспокоиться о весьма туманном, как ей самой казалось, будущем, Сари решила сосредоточиться на четырёх монетах, лежащих на столе перед ней.

— Так, это у нас мон, эта — шу, эта, значит, бу… а последняя у нас рё (прим. японская дореформенная денежная система. Циркулировала официально до 1870 г. (изъята из оборота в 1893). Реально моны использовались до 1954 г. Соотношение стоимости монет английская википедия выдаёт только для периода деноминации). По идее, они равны, исключение — мон, для того чтобы получить один шу требуется двести пятьдесят монов… Сложно-то как. Они не просто используют секретные письмена, как в Лореле, так ещё и странную систему исчисления зачем-то придумали. До сих пор не понимаю, как местные во всём этом умудряются разбираться. Да ладно разбираться, они же ещё и в повседневной жизни такой системой пользуются. А у меня уже голова от всего этого болит… — Сари.

Сари искренне недоумевала по поводу азорской валюты.

Хотя демоны и люди пользовались разной валютой, в настоящее время они использовали по большей части одни и те же деньги.

Таким образом, Сари знала о старых деньгах демонов и современных человеческих, она прекрасно понимала саму систему.

Однако то, что наворотил в своих владениях Мисуми Макото, не походило ни на что, виденное ею, и просто не укладывалось в её голове. (прим. справедливости ради стоит отметить, что сложные денежные системы, основанные на содержании и характере драгоценных металлов были распространены во многих странах мира с некоторыми исключениями почти до Хх века, а Великобритания использовала свою систему до 1971 года)

Здесь даже расположение звёзд другое. Это был самый настоящий иной мир, истинного местоположения которого никто не знал, так что можно было сказать, что это лишь естественное продолжение данного факта.

Однако даже теперь, тщательно изучив местную денежную систему и цены на товары, она Сари продолжала удивляться истинному лицу компании Кузуноха.

— Мон и бу используются в повседневной жизни. С рё ситуация особая, так что её можно пока отложить (прим. — изначально рё — золотая монета, Т.н. «золотой стандарт» дореформенной Японии). А вообще, бу (прим. — примерно рё) я тут наблюдаю чаще всего, так что в этом плане несколько проще. Но зачем сразу четыре? Да и не сказать, что размер монет сильно различается. Интереснее всего то, что чем больше ими пользуешься, тем проще привыкаешь. — Сари.

При слове «привыкаешь» на лице её появилась улыбка.

Поначалу в этих краях она никого не знала, но потом она привыкла к этой Азоре, начала заводить знакомых и друзей.

Именно эти воспоминания и вызвали у неё улыбку. Всё-таки, вполне понятно, что её в то время изумляло абсолютно всё.

Местную валюту установил отнюдь не Макото, а Томозэ, буквально на коленях ползавшая за ним, желая, чтобы всё было как в обожаемом ею периоде Эдо (прим. — он же период Токугава, 1603–1868 гг.).

Хотя население Азоры и состояло по большей части из жителей пустошей, с тем, что такое деньги, они были прекрасно знакомы, пусть и понятие не имели о такое системе.

Как бы то ни было, необходимость собственной монеты в Азоре назрела уже тогда, когда начался первый обмен товарами.

К тому же Томоэ заранее предполагала, что придётся налаживать контакты с большой землёй, так что важность создания собственной валюты только возрастала. Макото предложил было использовать человеческие деньги, что было одной из его редких попыток пойти ей наперекор. Однако, попытка эта с треском провалилась.

Тем более, что других хороших вариантов та предложено не было.

Одной из причин, по которой тогугавский мон стал-таки основной валютой Азоры, была невероятная настойчивость Томоз.

В конце концов, Макото был довольно мягок по отношению к друзьям, так что под её давлением сдался, прекрасно понимая, впрочем, что такая валюта будет отнюдь не достоинством.

И всё равно это событие оказалось очень важным для всех.

Известны случаи, в одних странах возникала излишняя зависимость от валюты других стран.

Пусть демоны и использовали человеческие деньги в большинстве случаев, часть их всё ещё использовала старые деньги, что смягчало проблему. Однако эти проблемы, о которых Макото даже не задумывался, были не столь важны.

Зависимость Азоры от иностранной валюты может расти только тогда, когда Макото и остальные эту самую валюту приносят и оставляют в Азоре.

Впрочем, даже такой подход можно было назвать не самым худшим.

Однако, как он сам говорил, проще всего будет основываться на уже существующей системе.

Тут пригодилось его увлечение периодом Эдо.

Хотя у Макото и были довольно общие познания о денежной системе того времени, он помнил о монах, о рё, серебряных и других монетах того времени, что Томоэ было только на руку.

Следующим его вариантом было ввести в употребление бумажные деньги, использовавшиеся в его мире, под предлогом того, что они намного удобнее. Однако эта идея была отклонена воистину непробиваемым аргументом: «Но это же безвкуснох».

Такова история появления в Азоре своей денежной единицы. Воистину, трагическая история борьбы и воли к победе.

— Один рё — четыре тысячи мон. Но при этом рё — самая любопытная часть, ведь в магазинах ею не расплачиваются. — Сари.

Конечно, во времена Эдо один или два рё были довольно распространённой суммой.

Хотя в силу довольно высокой стоимости (в те времена 1 коку риса (т.е. столько, сколько требуется 1 человеку на год) стоил 1 рё) их реальное использование было довольно ограничено.

В Азоре было по-другому. Эти монеты были так ценны, что на них ничего не покупали. Их использовали в особых случаях.

За рё можно было требовать услуги тех, кто стоял в социальной лестнице Азоры ниже, чем Макото и его ближайшие соратники, то есть, практически всех её жителей.

За рё можно было получить доступ в архив воспоминаний Макото, по крайней мере, не самым ценным, например, о флоре и фауне. За пять рё можно было отказаться от работы, выбранной для тебя в соответствии со специальностью и расой, и некоторое время заниматься тем, что ты выберешь для себя сам. И если ты в этом ремесле покажешь неплохие успехи, то можно было продолжить им заниматься в качестве основной профессии. Таким образом, можно было слегка воздействовать на строгую систему профессий.

Однако если достигнуть достаточных результатов не получалось, то приходилось возвращаться к прежней работе, так что деньги решали отнюдь не всё.

Да и получение закрытых для общего пользования знаний и их распространение оговаривались отдельно, а их применение требовало отдельного разрешения.

Кстати, за двадцать рё можно было организовать бой не в полную силу с одним из соратников Райдо, а потом получить у него пару уроков. Ну, а за сотню золотых можно было сразиться с самим Макото.

То, что в другом обществе было бы возможно только в том случае, если ты сам принадлежишь к самым его верхам, было возможным, если ты накопил нужное количество денег.

Впрочем, до сих пор Макото вызов так и не бросил

Пока, правда был одни прецедент, когда целая раса набрала такую сумму и устроила такой бой с его последователем с последующей тренировкой.

— У моего народа попытка собрать всем миром такую огромную сумму была бы, мягко говоря, невыполнима. — Сари.

Сама она получала деньги за свою работу. Сумма, если честно, мизерная, но понемногу откладывать можно.

На самом деле она так и не определилась, на что потратит отложенное, но и потратить всю свою недельную зарплату не могла в силу своей натуры.

У Сари была привычка готовиться к разного рода случаям, на всякий пожарный.

В её нынешнем положении, когда она хоть и жила за чужой счёт, но по положению была, по сути, рабыней, стоило только Матоко потребовать себе её сбережения, как её ничего не оставалось бы, кроме как отдать их. Так что в известном смысле, подобная заначка была бессмысленна. Но, не смотря на это, деньги в ней появлялись каждую неделю. Такова была её природа.

На данный момент она подумывала о том, чтобы изучить память Томозэ и Мио на свои кровные два рё. Эта мысль нравилась ей.

— Всё-таки, как мне кажется, моны удобнее носить, нанизав их на верёвочку, и уже потом, на месте, по мере необходимости… — Сари.

Она тщательно исследовала лежавшие перед ней монеты, зарисовывая их в свой блокнот и делая рядом пометки и пояснения.

Всё, кроме заработанных собственным трудом мон, Сари выпросилау Макото, сказав, что они нужны ей для изучения.

Он слёгкостью согласился, достал из кошеля нужные монеты, явно не слишком активно использовавшиеся, что несколько смутило демонессу, но не настолько, чтобы жаловаться об этом вслух.

Она покорно поблагодарила его и взяла их.

— … Вот теперь всё получится. — Сари.

С чего бы ей этим заниматься?

Этого требовало её обучение, потому она и записывала всё так тщательно.

С того момента, как Макото приказал ей помочь расе под названием Лорелай (прим. — Лорелея (нем. — «шепчущая скала») — скала на восточном берегу Рейна, давшая имя легендарной русалке, придуманной поэтом Клеменсом Брентано)