Глава 1099. Другой Сунь Дэ

Сколько раз этот мир переживал реинкарнацию? Сколько раз перезапускалась вселенная? Какие роли доставались людям после реинкарнаций и перезапусков? В каком состоянии находились пряди душ в разных мирах и жизнях?

До прибытия на планету Фатум Ван Баолэ этого не понимал. В его голову даже не закрадывались подобные вопросы. Пережитое в прошлых жизнях дало ему немало пищи для размышлений. Ему были нужны ответы. Он не хотел просто существовать, поэтому ему и не давали покоя вопросы о бытие.

Он хотел узнать правду. Его не устраивало из реинкарнации в реинкарнацию, из мира в мир, складывать что-то из кубиков. Не желал из раза в раз примерять на себя новые роли. Он хотел жить, чтобы понять.

После первых десяти жизнях ему было над чем подумать. Новые знания посеяли в его сердце сомнения. Правда сейчас всё это не имело значения. Пока его душа тонула, страницы Книга судьбы позади Книги судьбы продолжали перелистываться. С каждой страницей перед глазами Ван Баолэ возникали прошлые жизни. Вот только его тонущее сознание постепенно всё забывало. Когда оно полностью очистилось… раздался голос преподобного Тянь Фа.

«Семьдесят девятая…»

— Кто я… где я…

В чернеющей пустоте я услышал едва различимый шепот. Казалось, голос доносился из невообразимой дали, поэтому больше напоминал отдаленное эхо. Я не знаю, откуда пришел этот голос, почему задавал эти два вопроса.

Многократное эхо, казалось, никогда не стихнет. Я не услышал ответа. Похоже, никто не обратил внимания на голос. Сам я не знаю, как разговаривать, поэтому со временем мне начало казаться, что в этой чернеющей пустоте нет ничего, кроме этого голоса.

В окружении тьмы время течёт незаметно. Возможно, из-за эха я тоже начал задаваться вопросами: кто я и где нахожусь? Я очень долго размышлял, но так ни к чему не пришел. Размышления об этом только усиливают мою растерянность. Пока снова не раздался голос.

— Кто я… где я…

Знакомый голос. Я долго ждал, пока до меня дойдет эхо. Теперь я понял, что в самом начале услышал свой собственный голос. Похоже, я неизвестно сколько лет повторял эти слова.

Это открытие вызвало какую-то эмоцию. Я не знал, как описать её, поэтому продолжил размышлять. Много позже я наконец вспомнил подходящее слово.

Счастье!

Да эта эмоция называется счастье. Я был очень счастлив, потому что узнал происхождение голоса. Откуда я узнал о слове «счастье»? Теперь я стал размышлять над этой странностью. Мне так и не удалось получить ответ, ибо в окружающую меня тьму… откуда-то извне пролился свет!

Пролившись в пустоту, свет не исчез. Наоборот, изменилась пустота. Потом я увидел палец, который быстро разросся до целой руки.

Эта рука держала меня. Вскоре я увидел плечо, потом туловище и наконец молодого человека с закрытыми глазами. Я очень удивился, ибо этот молодой человек показался мне одновременно знакомым и чужим.

Не успел я как следует всё обдумать, по пустоте вокруг молодого человека прокатилась рябь.

С её появлением я увидел стол, а по соседству еще столы и стулья. Потом появилась чайная. В этот миг рябь разошлась еще дальше. Благодаря ей снаружи здания появились деревья, дома, река. Так продолжалось, пока не вышел маленький городок.

Рябь тем временем расползалась всё дальше. Я увидел небо, землю, другие городки, планету. Сначала мир был каким-то расплывчатым, но потом всё прояснилось.

Это был еще не всё. Я узрел звёздное небо за пределами планеты. В расходящейся во все стороны ряби возникло множество других планет. Теперь передо мной расстилалась вселенная, целый мир.

Следом пришла жизнь. Из ниоткуда стали появляться всевозможные живые организмы. Причем они возникали на положенных им местах. Среди них были мужчины, женщины, дети и старики. Разные виды, разные ауры. Однако всё живое оставалось недвижимым. Статичным.

Молодой человек неподвижно полулежал на столе. Вот только он сжимал меня настолько крепко, словно даже в момент гибели не выпустит меня из рук. Мне он не очень понравился.

Пока я размышлял над причиной этой неприязни, в мир вдохнули жизнь… всё живое внезапно пришло в движение.

На ветру закачалась листва, где-то неподалеку зашумела река, солнечный свет стал греть. В кронах деревьев зачирикали птицы, зазвучал смех, детский плач, крики зазывал. Звуки заполнили весь мир.

В чайной стало довольно шумно. В этот момент молодой человек, что сжимал меня, вздрогнул, разлепил глаза и поднял голову.

Тогда-то я и увидел его глаза. А точнее своё отражение в них. Дощечка из черного дерева. Его пальцы еще крепче сжали меня, а потом молодой человек высоко поднял меня и ударил по столу. Удар дерева о дерево получился очень звонким.

После этого жизнь пошла своим чередом. Я стал свидетелем жизни человека по имени Сунь Дэ. Он стал самым известным рассказчиком в уездном городке, женился на дочери из богатого семейства, получил богатое приданное. После свадьбы он перестал в чём-либо нуждаться. Он любил жену всю свою жизнь, пока не умер с улыбкой на устах в восемьдесят девять лет. Наследники не смогли вырвать меня из его одеревеневших пальцев, поэтому меня похоронили вместе с ним.

Хоть мне он и не особо нравился, не могу не признать, что его выступления показались мне увлекательными. Что до погребения, ничего страшного, потому что после его смерти мир исчез и вновь всё погрузилось во тьму. Моё сознание снова провалилось во темноту.

Пока я не услышал…

«Семьдесят восьмая».

Звуки этого голоса, казалось, породили водоворот, который засосал меня в пустоту, где не было места свету.

Я не могу ничего вспомнить. Мне не дает покоя один вопрос.

— Кто я… где я…

Эхо моего голоса долгое время гуляло по пустоте. Пока темноту не разогнал свет. Вновь передо мной возник мир. Первым появились пальцы, а следом спящий на столе молодой человек, что крепко держал меня.

Имя Сунь Дэ показалось одновременно знакомым и чуждым. У него сложилась весьма неплохая жизнь. Став известным рассказчиком, он не женился на дочери из богатой семьи, а вернулся в столицу, где и прославился. На старости лет его бросили в темницу, однако, если подумать, он прожил интересную и насыщенную жизнь. Что до меня… он никогда не выпускал меня из рук. К сожалению, после его смерти мир исчез. Я услышал чей-то голос.

«Семьдесят седьмая».

Этот голос затянул меня в пустоту, где я всё забыл. Потом свет еще не раз возвращался, а с ним мир и Сунь Дэ.

«Семьдесят шестая».

«Тридцать первая».

«Четырнадцатая».

«Третья».

Снова и снова я переживал целую жизнь. Снова и снова всё забывалось. В один момент я осознал странность происходящего, а потом совсем перестал удивляться, поскольку хотел понять. Я упорно продвигался вперед. После каждой жизни я забывал обо всём, что случилось. Забывал особые воспоминания о прошлых и грядущих поколениях.

Странно, откуда взялось это чувство? Почему у меня такое чувство, будто я это вспоминаю? Если не пойму — ничего страшного. Я буду доволен, пока остались нерассказанные истории. Истории, повествующие о разных жизнях Сунь Дэ.

Одно не дает мне покоя. Интересно, насколько сильно изменится история, когда придет черед нашей первой встречи?