В утро открытого урока перед школьными воротами творилось нечто невообразимое.
— Ничего себе… Это ещё что за нашествие? — Кан У поморщился, глядя на плотную толпу журналистов.
— Я же предупреждала, что их будет тьма-тьмущая, — невозмутимо отозвалась Ёнчжу. У неё за плечами уже был прошлогодний опыт.
— Мы на машине вообще проедем?
— Хотите, я спрячу её в своей тени? А дальше дойдём пешком, — предложила Лилит.
— Пожалуй, так и поступим.
Протиснуться к воротам на автомобиле сейчас было почти невозможно. Идея Лилит казалась вполне разумной.
— Хи-хи. Сейчас подготовлюсь.
Чавк!
С влажным, омерзительным звуком кончики волос Лилит зашевелились и превратились в извивающиеся щупальца.
— Стоять.
Она что творит?!
— М-м? Но чтобы спрятать машину в тени, мне сначала нужно обхватить её щупальцами.
— А-а, вот оно что?
Ну тогда выбора нет.
— Ладно, поехали напролом. Прямо по журналистам.
— Эй, эй! О Кан У, совсем свихнулся?!
Вр-р-рум!
Кан У уже собрался надавить на газ и проложить себе дорогу сквозь репортёрскую братию, но Ёнчжу влепила ему смачный подзатыльник.
— Ты что, решил устроить тут GTA?! Сиди смирно, подождём немного — всё расчистят.
— Да эта толпа сама никуда не денется.
— Цыц! Жена сказала сидеть — вот и сиди. Не спорь.
Кан У нехотя остановил машину. И действительно, вскоре у ворот появились люди в белой форме и начали разгонять журналистов, облепивших вход, словно муравьи сахар.
Эту форму Кан У прекрасно знал.
— «Гардианс»?
— Ага. В прошлом году люди Сихуна тоже толпу разгоняли.
— Ну, власть иногда полезная штука.
— О, проезд освободился.
— Какая жалость, — вздохнула Лилит.
— Это ещё почему?
— Если бы я спрятала автомобиль в щупальцах, заодно могла бы и помыть его.
— Угх…
При мысли о машине, покрытой густой липкой слизью, Кан У едва не стошнило.
— Милый, вы же обещали любить меня даже в моём настоящем облике, — напомнила Лилит.
— Н-ну… обещал, конечно, но…
— Хи-хи. Какой вы прелестный. Я пошутила, не дрожите так.
Она со смехом ущипнула его за щёку.
— Сестрёнка, хватит его дразнить. Нам пора готовиться, — заметила Сольа с заднего сиденья.
Выглядела она так напряжённо, словно собиралась сдавать экзамен. Достав из кармана очки в толстой оправе, Сольа поспешно их надела.
— А очки-то зачем?
— В них я кажусь умнее.
— Да ты просто идёшь посмотреть, как дети учатся! К чему такие приготовления?
— А вдруг обо мне начнут говорить, будто у мамы Канхи ни ума, ни вида, ни положения?!
— Э-э… По-моему, тебе это не грозит.
С такой внешностью Сольа окружающие скорее решат, что в ней слишком много достоинств, и побоятся приблизиться.
— Как бы то ни было, я не могу опозориться перед детьми!
— А во время нашей прошлой поездки ты вроде…
— Т-тогда всё из-за вина вышло!
Вспомнив устроенный ею в тот раз переполох, Сольа вспыхнула до корней волос. Лилит придвинулась к ней.
— Ну-ну, не нужно так нервничать. Я же с тобой.
— С-сестра?..
— Вот так!
— Ай! К-куда ты руки тянешь?!
— Помогаю моей милой сестрёнке расслабиться~
— Ах!.. Х-хватит!
— Надо же, какая упругая, хоть и такая пышная! Я даже начинаю немножко завидовать нашему муженьку.
Что, чёрт побери, происходило на заднем сиденье?!
Зараза. В зеркало почти ничего не видно.
Придётся обернуться и посмотреть собственными глазами…
— Даже не думай поворачивать башку, — предупредила Ёнчжу с пассажирского места.
— Кх-х…
Полюбоваться райскими кущами, раскинувшимися на заднем сиденье, так и не удалось.
Кан У с горечью утраты припарковался и вышел из машины. Вслед за ним выбрались сияющая от удовольствия Лилит и совершенно растрёпанная Сольа.
— Сестрёнка, ну как ты могла…
— Хи-хи. Просто немного пошалила. Ты ведь ужасно нервничала.
— Я же платье специально выгладила! Теперь всё помято!
— Да ничего почти не заметно.
Жёны ещё немного препирались. Впрочем, пока Сольа поправляла одежду, Кан У заметил, что напряжение с её лица почти исчезло.
— Так, первые классы на втором этаже, вторые — на третьем.
— У детей сейчас ещё уроки? — спросила Сольа.
— Ага.
Родителей приглашали на третий и четвёртый уроки, а они приехали с запасом, когда ещё шёл второй.
— Интересно, где Сихун и Лейра?
— Наверное, спрятались где-нибудь.
Если Лейре особой нужды прятаться не было, то Ким Сихун, из-за которого у ворот и собралось репортёрское полчище, наверняка старался не показываться на глаза.
— Ничего, потом свяжется.
В конце концов, сегодня они пришли не ради встречи с Сихуном, а ради детей. Кан У окинул взглядом постепенно собиравшихся родителей и стал дожидаться звонка.
Динь-дон-дилинь!
Наконец коридоры наполнились звоном, возвещавшим перемену, и взрослые дружно потянулись в школу.
— Тогда увидимся после уроков, — сказал Кан У.
— Может, сначала хоть ненадолго заглянете к Канхи и Лие? — предложила Сольа.
— Хотелось бы, конечно…
Но это могло вызвать ненужные вопросы. И дело даже не в том, что окружающие что-то неправильно поймут: они-то как раз поймут совершенно правильно.
— Мы девочкам всё объясним, милый. Идите сразу на третий этаж, — мягко сказала Лилит.
— Да, так будет лучше.
— Жалко, конечно… Но иначе никак, — вздохнула Сольа.
— Скоро увидимся.
Махнув обеим на прощание, Кан У вместе с Ёнчжу поднялся наверх.
Как и год назад, жена нахлобучила бейсболку до самых глаз и натянула на лицо маску. В этом подозрительном наряде она то и дело ловила любопытные взгляды других родителей.
— По-моему, ты так ещё сильнее привлекаешь внимание.
— М-да. Но лицо-то надо скрывать.
— Может, снимешь маску? Я наложу на тебя власть ослепления.
— Не надо. Мне ещё много раз придётся обходиться без тебя, пора привыкать.
С этими словами Ёнчжу решительно вошла в класс. Канхён сидел за партой недалеко от учительского стола.
— Сыночек! Ну как учёба?
— О, мама!
Канхён поднялся и радостно помахал обоим родителям.
— После второго урока, наверное, проголодался? Вот, перекуси.
— А что это?
— Твоё любимое печенье.
— О, мама Сольа испекла?
— Нет, я сама.
— Знаете, я так плотно позавтракал, что совсем не голоден.
Мальчик с безукоризненно вежливой улыбкой отказался от угощения. Ёнчжу обиженно потянула Кан У за рукав: «Ну что это за сын у нас такой?!» Но он прекрасно знал, насколько катастрофически плохо она готовит, и решил остаться глухим к её жалобам.
— А какой следующий урок?
— Математика.
— Ого! Твой любимый предмет. Ты же у нас в нём лучше всех.
— Д-да нет, что вы…
Кан У погладил смущённого сына по голове.
— Спасибо, что пришли, — тихо произнёс Канхён.
— За что спасибо-то? Разве папа упустит шанс посмотреть, как занимается его любимый сын?
— Папа…
— Ну всё, занимайся. А мы сзади постоим, понаблюдаем.
Как раз раздался звонок. Кан У взял Ёнчжу за руку, и они прошли к задней стене, по пути разглядывая школьников.
Среди ребятишек с горящими глазами выделялся один. Непомерно крупный для второклассника мальчишка, к тому же обладавший магической силой, смотрел на гостей с высокомерной усмешкой.
«Так вот он какой, этот игрок из класса Канхёна?»
Вспомнив, как недавно сын вернулся домой весь в ссадинах, Кан У почувствовал, что внутри закипает раздражение.
«А это, видимо, его папаша».
За спиной самодовольного мальчика стоял мужчина в дорогом костюме, явно сшитом на заказ.
«Может, хоть ему устроить воспитательную беседу?»
Канхён объявил, что с малолетним игроком разберётся сам, — тут уж ничего не попишешь. Но вот его отец… Очень хотелось утащить того в безлюдный уголок, хорошенько отдубасить и объяснить, как надо воспитывать детей.
«Нет, погодим».
Да, ребёнок вырос редкостным засранцем, но родители-то, возможно, вполне приличные люди. Несправедливо обвинять их заранее, только исходя из поведения сына.
— Ну что ж, приступим! — объявила учительница. — Ох, сегодня у нас родители в гостях, и все такие старательные! Прямо не узнать!
Класс дружно рассмеялся, и открытый урок начался.
Родительское присутствие творило чудеса: на вопросы вроде «Кто хочет решить пример?» руки взлетали даже у тех, кто в обычный день предпочёл бы слиться с партой. Пятьдесят минут промчались незаметно.
И что же в итоге?
«Ну… самый обычный урок».
В глубине души Кан У хотелось совсем другого зрелища: чтобы учительница задала такую задачу, которую никто не смог бы решить, весь класс впал бы в отчаяние, а его сын вышел к доске, словно спасительная комета, и в два счёта расправился с загадкой.
«Ага, размечтался».
Чтобы одна комета ослепительно засияла, все остальные дети должны были превратиться в безликий ночной небосвод. Какому родителю захочется видеть своего ребёнка на подтанцовке у чужого гения?
— А теперь, Канхён, попробуешь ответить на следующий вопрос?
— Да!
Похоже, учительница заранее распределила и задания, и очередь отвечающих. Каждый ученик успел выйти к доске и продемонстрировать свои умения — всё прошло гладко и без сюрпризов. Наконец прозвенел звонок на перемену.
— Муж! Муж, ну скажи, ты сфотографировал, как Канхён решал задачу? Сфотографировал, да?!
— Конечно. Сразу снял.
— Скорее перешли мне! Отправлю Сольа и Лилит!
— Сию секунду.
— Хе-хе! Ты посмотри, какой у нас умница! Гений, настоящий гений!
За урок к доске выходил не только Канхён — буквально каждый ученик успел решить свою задачу. Но что поделать: для родителей из всего класса существует только собственное чадо.
— Сыночек! Какой же ты молодец!
Едва началась перемена, Ёнчжу бросилась обнимать Канхёна. Кан У улыбнулся и отошёл, решив пока не мешать им наслаждаться обществом друг друга.
«Кажется, возле лестницы был автомат с напитками».
Надо купить что-нибудь жене и сыну.
— Папа, ну когда уже?..
— Не торопи. Я помню.
Чон Тэхун потрепал сына по волосам и пристально посмотрел на Кан У, выходившего в коридор через заднюю дверь.
«Ну и сам напросился».
Из уважения к другому отцу Тэхун собирался дождаться окончания всех занятий и лишь потом вызвать его на разговор. Но тот сам решил отлучиться на перемене. Удача прямо шла в руки.
Тэхун вышел следом.
— Вы, должно быть, отец Канхёна?
В коридоре прогремел его низкий голос.
— М-м?
Кан У обернулся и кивнул.
— Да, верно.
— Я Чон Тэхун, отец Ёнуна, они с вашим сыном учатся в одном классе.
— А, очень приятно. О Кан У.
Руки так и чесались съездить ему по физиономии, а потом прочитать лекцию о воспитании. Но здесь могли увидеть посторонние.
«Сначала выведу его подальше от школы».
А там уже можно не торопясь поговорить по душам.
— Мне нужно обсудить с вами один вопрос. Не могли бы вы ненадолго…
— Брат! Так вот вы где!
Из дальнего конца коридора к ним бежал ослепительно красивый молодой человек.
«Б-Боевой бог?!»
Узнав бегущего, Тэхун окаменел.
Он ведь сам когда-то служил в «Гардианс». Не узнать Ким Сихуна, который прежде был его начальником, было невозможно.
«Что он здесь делает?.. Ах да, его дочь учится в соседнем классе».
Прекрасно. Присутствие Боевого бога в школе ещё можно объяснить.
«Но… „брат“?»
Точно не к нему обращаются. Даже в прежние времена они не были близки, а с тех пор, как Тэхун ушёл из «Гардианс», ни разу не связывались.
«Тогда кого он так называет?..»
Взгляд Тэхуна медленно переместился на Кан У.
— А…
Попал. Конкретно попал.
Загружаем комментарии…