Первым чувством, охватившим Ранке Халовиче, было изумление.
Он… сломал мне челюсть?! Одним ударом?!
Его тело славилось невероятной прочностью даже среди четырёх великих герцогских домов мира демонов. С самого рождения Ранке принадлежал к сильнейшим существам своего мира, и никогда прежде никто не ломал ему кость одним-единственным ударом.
За изумлением немедленно пришла ярость.
Мало того что какой-то смертный посмел перебить его речь — так ещё и ударил без предупреждения!
Однако аристократ не должен терять достоинство. Даже если перед ним последний невежда, опускаться до его уровня недопустимо.
Хрустнув челюстью, Ранке отскочил и с силой вправил смещённые кости. Они тут же принялись срастаться.
— Испокон веков нападать исподтишка, когда противник не готов, — удел плебеев. Хм! Я удостоил тебя приветствия, а ты ответил такой неслы… Кхе!
Хрясть!
Локоть Джина снова угодил ему в челюсть, едва успевшую зажить. В глазах демона выступили слёзы. Он поспешно отскочил подальше.
— Да ты издеваешься!
Пришлось вправлять челюсть второй раз.
— Что, опять застал врасплох? — спросил Джин.
— Нет! Я просто пытался сохранить достоинство!
— Значит, ради своего никчёмного достоинства ты уже дважды позволил себя убить. Ударь я всерьёз — головы бы у тебя больше не было.
— Всё! Отныне у великого Ранке Халовиче нет ни малейшей причины проявлять к тебе уважение!
Глаза демона налились кроваво-красным светом. В руке внезапно появился длинный хлыст, усеянный шипами.
— Шипастый хлыст? В самом деле изысканное оружие, — заметил Джин.
Воздух пронзительно свистнул.
Ранке атаковал.
Одним небрежным движением руки и выплеском демонической силы он прежде превращал десятки чудовищ в кровавые ошмётки. Значит, удар хлыста, в который он вложил всю мощь, должен был оказаться несравнимо страшнее.
Кстати, — подумал Джин, — с последней тренировки с Бавой я ведь ни с кем по-настоящему не дрался.
Возможно, именно поэтому приближавшийся хлыст казался ему совершенно безобидным.
Словно он смотрел не на удар сильного демона, а на неуклюжие движения начинающего фехтовальщика.
Джин никак не мог ощутить в Ранке достойного противника.
Он даже не собирается уклоняться?
Хвать!
Джин просто схватил хлыст голой рукой.
Глаза Ранке едва не вылезли из орбит. Твёрдые, словно металл, шипы демонического терновника с сухим треском крошились в ладони человека.
Мне ведь говорили, что два с половиной года назад он был намного слабее Бьянки! Они все мне лгали?! Он только что поймал хлыст голой рукой!
Всё, что Ранке знал о Джине, он слышал от членов Кинзело. Ему было известно, что ещё два с половиной года назад Ранкандел приблизился к уровню десяти звёзд; он допускал, что за время затворнических тренировок юноша заметно прибавил в силе.
Но тот человек, который сейчас держал его хлыст, совершенно не походил на героя чужих рассказов.
— Я не прикончил тебя сразу только по одной причине, демон.
— Ранке! Моё имя Ранке Халовиче!
— Мне нужны ответы. Почему Великая пустыня Митра превратилась в этот кошмар? И почему ты назвал её своей игровой площадкой? Расскажи как можно подробнее — тогда, возможно, я проявлю милосердие.
— Милосердие? Ха! От такой наглости у меня даже слов нет.
— То есть убью тебя не слишком мучительно.
— Кажется, ты стал чуть сильнее, чем о тебе рассказывали. Но не задирай нос! Великий Ранке тоже невероятно силён!
— Да неужели? А рядом с Бьянкой Калиго ты выглядишь довольно жалко.
— Я несравненно выше этой недоразвитой выскочки из дома Калиго! Не смей сравнивать меня с такой низкопробной тварью!
С яростным рыком он изо всех сил потянул хлыст на себя.
Бесполезно.
Джин стоял неподвижно, словно вросшая в землю скала. Только положение самого Ранке становилось всё более нелепым. А противник даже не удосужился задействовать вторую руку.
— Ха… ха-ха! Ладно, признаю. Силёнок у тебя… больше, чем у меня!
Ранке создал ещё один шипастый хлыст и возобновил атаку. Лишь тогда Джин извлёк Сигмунд, без труда отражая хлещущие удары.
— Ты и правда не понимаешь, в каком положении оказался? Или рассчитываешь на что-то? Ждёшь, пока подоспеют товарищи?
— Великий Ранке и без всяких товарищей…
Он осёкся, почувствовав ледяное прикосновение к затылку.
Джин, который только что стоял по ту сторону сплошной завесы хлыстов, куда-то исчез.
— Похоже, тебе редко приходилось сражаться с теми, кто сильнее, — раздался голос сбоку. — В такой ситуации глупо выдавливать из себя храбрость, лишь бы заглушить страх.
Джин стоял шагах в десяти. Для него этой дистанции хватило бы, чтобы мгновенно отрубить демону голову.
— Нужно сразу признать поражение и подумать о спасении. Доказать врагу, что ты чего-то стоишь. Дать убедительную причину не убивать тебя на месте — только тогда у тебя появится завтрашний день. К тому же я сам любезно сказал, какие ответы мне нужны.
Рёв демонической силы заглушил его слова.
Ранке выбросил в него поток тьмы, похожий на драконье дыхание. Джин легко уклонился и переместился в сторону. Демонический луч промчался далеко за его спиной, сметая всё на своём пути.
Тук-тук-тук!
Сердце Ранке колотилось так, будто готово было пробить грудную клетку.
Страх. Чувство, давно забытое за столетия жизни среди сильнейших, теперь обрушилось на него со всей ужасающей силой.
— Для начала расскажи, что случилось с пустыней.
В голосе Джина не было ни злобы, ни угрозы. Он говорил совершенно буднично.
Но Ранке почувствовал, как холодный пот выступает из каждой поры. Дыхание сорвалось на хрип.
Перед глазами вдруг возник образ отца.
Неужели этот человеческий мальчишка… по силе равен моему отцу?
Казалось, отец вновь стоит перед ним. Нерушимая стена, которую никогда не одолеть, сжималась со всех сторон, лишая воздуха. Ранке проваливался в панику.
— Пу… пустыня…
— Ну вот. Наконец начал соображать.
— Пустыня… Она… это…
Джин терпеливо подождал, но демон лишь трясся, не в силах произнести ни слова.
С ним что-то не так.
Джин шагнул вперёд, собираясь для убедительности слегка его ранить.
И вдруг перед глазами сверкнул хлыст.
Уклониться оказалось нетрудно, но удар был несравнимо быстрее и точнее всего, что Ранке показывал до сих пор.
Причём хлыст взметнулся совершенно бессознательно.
Во взгляде Джина впервые появилась настоящая угроза.
— Не знаю, боишься ты меня или вспомнил что-то неприятное. Но пара хороших ударов быстро приведёт тебя в чувство.
• • •
В то же время. Земли зверолюдей, прежняя штаб-квартира Кинзело.
— Что-о? Ранке вдруг решил, будто в пустыне что-то случилось, и ушёл туда один?
— А? Разве там вообще может что-нибудь случиться?
Айнаса Калиго и Бубар Гастон, как обычно, мирно делили между собой крокеты из сладкого картофеля, слушая доклад зверолюдей.
Среди тех, кто оставался в старой штаб-квартире, только Ранке обладал достаточной силой, чтобы ощутить с такого расстояния сражение в пустыне.
— Наверное, снова что-то произошло с его опытами по призыву, — предположила Айнаса.
— Ах да, эти странные эксперименты, с помощью которых он собирался призвать души древних владык демонического мира.
— М-м… Как думаешь, Бубар, сообщить Великой герцогине или моей сестре?
— А вдруг это, как в прошлый раз, просто неудача в лаборатории? Господину Ранке будет стыдно. Он ведь ужасно не любит попадать в неловкое положение.
— А если дело не в опытах? Если кто-то вторгся? Пустыня — последнее место, где, по нашим сведениям, видели Джина Ранкандела…
— Да бросьте! Пустыня заражена уже больше года. С тех пор все используют её как свалку для неудачных экспериментов. Вы что, всерьёз думаете, будто этот мерзавец всё ещё сидит там и тренируется? Мы ведь уже обыскивали местность.
— И правда, — Айнаса довольно кивнула. — Бубар, ты такой умный! Даже если туда кто-то пробрался, наверняка это всего лишь тиханские крысы, пришедшие поживиться выброшенными образцами.
— Ранке немного простоват, конечно, но уж с какими-то людишками из Тикана он разберётся.
— Моей сестре он и в подмётки не годится, но всё-таки силён. Особенно когда впадает в бешенство. Даже до падения мира демонов разъярённый Ранке слыл страшным противником. Ладно, когда вернётся, велим приготовить что-нибудь вкусненькое!
— И заодно испытаем новое печенье, которое разорит кондитерскую Литра!
• • •
Пока Айнаса с Бубаром весело болтали, Ранке потерпел от Джина унизительное, сокрушительное поражение.
Воспоминания об отце обычно вызывали у него неконтролируемую ярость. В этом состоянии он становился гораздо сильнее и до сегодняшнего дня ни разу никому не проиграл. Правда, сам потом совершенно не помнил, как одерживал победы.
Но сегодня легенда о непобедимом «обезумевшем Ранке» закончилась.
И на этот раз забыть сражение он не мог.
На короткое время ему действительно удалось драться с Джином почти на равных. Но как только противник начал брать верх, бешенство спало, и сознание вернулось.
фух…
Джин вытер лоб и перевёл дыхание.
Его тело тоже покрывали порезы, ссадины и кровоточащие раны. Смертельных повреждений не было, но кое-что вполне тянуло на тяжёлое ранение.
Впрочем, если бы ему не приходилось всё это время защищать мешок с драгоценностями Лафраросы, он отделался бы лишь парой царапин.
— Итак, демон, если я правильно тебя понял…
— Опять… демон… Я же… Ранке… Ранке Халовиче… Я выполнил твоё требование… Так прояви хотя бы… каплю… учтивости… кх-х!
Ранке захлебнулся кровью. Все четыре конечности были переломаны, и он едва держался в сознании.
— Хорошо, Ранке Халовиче. В упрямстве тебе не откажешь. Значит, пустыня стала такой потому, что после заражения разные организации превратили её в свалку для опытов. А ты называешь её своей игровой площадкой просто потому, что любишь здесь бывать?
— Да…
— С первым объяснением всё ясно. А вот второе неубедительно. Ты задумал здесь что-то ещё.
— Просто… мне здесь… нравится… кхе…
Джин задумался о том, какие тайные намерения могли быть у Ранке.
Сам демон тем временем украдкой поглядывал на мешок, который Джин с таким упорством защищал весь бой.
Ранке казалось, что последняя возможность спастись — ударить по мешку и воспользоваться замешательством противника.
Но Джин решил, что разгадать его намерения можно и позже.
— Ладно, пока достаточно. С остальным разберусь сам. И сразу предупреждаю: если ты собираешься добраться до моего мешка и таким способом вырваться, забудь.
Ранке понурил голову.
Он уже много раз пытался сделать это, пока ещё мог сражаться, но так и не оставил на мешке ни единой царапины. Теперь шансы были совсем ничтожными. А раз Джин заметил его замысел, надежд больше не осталось.
— Я проиграл… Убей меня.
— Именно это я и намерен сделать. Последние слова будут?
— Воздвигните здесь… надгробный камень… в честь моей славы… моего благородства…
Демон ещё диктовал свою высокопарную эпитафию, когда Джин вдруг резко рубанул мечом сверху вниз.
Над распростёртым Ранке появилось знакомое железное створчатое сооружение — врата Оргала, Царя чудовищ. Они возникали из ниоткуда всякий раз, когда важный член Кинзело оказывался на грани гибели.
Ха! Как же давно мне не попадалась эта проклятая железная дверь!
Звон металла прокатился над пустыней.
Но врата втянули Ранке чуть быстрее, чем Джин успел их поразить.
Он раздражённо нахмурился и уставился на железные створки.
Те, спасши демона, не исчезли, как обычно. Из-за них раздался голос:
Значит, ты вернулся, Джин Ранкандел.
Голос Оргала — предводителя Кинзело.
Загружаем комментарии…