Запустив аварийную сигнальную ракету, Шан Цзяньяо и остальные вернулись на джипе к холму, где находился Чернокрыс, и разбили лагерь в укромном месте выше по склону. Отсюда было удобно наблюдать сверху за рощицей и следить, не появятся ли охотники за реликвиями или бродяги Пустошей, которые решат подойти к входу в пещеру.
Сняв экзоскелет и установив палатку, Лун Юэхун всё-таки не выдержал и громко спросил:
— Командир, я одного не понимаю.
— Чего именно? — Цзян Баймянь охотно объясняла новичкам непонятные вещи.
Лун Юэхун нахмурился:
— Зачем той группе вообще понадобилось нападать на Чернокрыс? Раз уж только что нашли новые городские руины Старого мира, у них был куда более простой способ добыть гораздо больше ресурсов. Незачем было лезть на поселение, где оружия хватает. Ты же сама говорила: сейчас особая ситуация, когда охотники за реликвиями и бродяги Пустошей могут мирно сосуществовать и даже объединяться. Всем нужны лишние руки, чтобы справляться с опасностями внутри руин.
Цзян Баймянь сначала кивнула, а потом улыбнулась:
— Хороший вопрос.
— Но общее правило — это одно, а конкретную ситуацию всё равно приходится разбирать отдельно. Я когда-то читала книгу Старого мира. Там привычку механически применять готовые принципы и понятия, не учитывая изменения, развитие и особенности конкретного случая, называли ошибкой догматизма.
Она подняла два пальца.
— В истории с Чернокрысом есть два важных отличия.
— Во-первых, мы уже разбирали следы. Нападавших либо было не меньше тридцати, либо у них имелось семь-восемь основных, элитных бойцов и множество зависимых людей. В обоих случаях это очень сильная группа. Если добавить вооружение и количество боеприпасов, которые мы увидели на месте, их уже нельзя сравнивать с обычными охотниками за реликвиями или отрядами бродяг.
— Во-вторых, Чернокрыс — поселение сублюдей. Когда к недавно найденному городу Старого мира хлынут люди, жители Чернокрыса туда точно не полезут. Максимум — соберут сведения по краям. Значит, сделать из них пушечное мясо при исследовании руин нападавшие всё равно бы не смогли.
— А если эта группа была уверена, что уничтожит Чернокрыс почти без потерь или отделается малой кровью и получит приличный запас ресурсов, то у неё вполне мог быть резон устроить резню.
— Даже если сами городские руины окажутся слишком опасны и они не решатся туда войти, всё равно уйдут с добычей. По крайней мере, не зря пришли.
Увидев, что Лун Юэхун то и дело кивает, Цзян Баймянь продолжила:
— И это ещё не всё. Возможностей полно. Допустим, раньше эта группа столкнулась с сублюдьми и теперь ненавидит их настолько, что готова нести потери, лишь бы убивать. Или они пришли сюда из-за странного рёва к северу от станции Юэлу и вообще ещё не знают, что там обнаружили городские руины Старого мира. Или Чернокрыс, поскольку находится ближе к той зоне, первым заметил неладное, отправил людей на разведку и добыл что-то такое, ради чего нападавшие решили рискнуть.
У Лун Юэхуна от такого количества вариантов уже слегка кружилась голова, но признать правоту командира пришлось.
Пока не расследованы все обстоятельства, объяснений действительно могло быть слишком много.
Цзян Баймянь больше не стала развивать тему. Огляделась, несколько секунд подумала и сказала:
— Следующие несколько дней работаем по двое и меняемся.
— Те, кто остаётся в лагере, охраняют джип и следят за пещерой. Те, кто выходит, ищут поблизости следы устранения свидетелей или любые другие зацепки.
Она немного помедлила.
— В этот раз я иду с Лун Юэхуном, Бай Чэнь — с Шан Цзяньяо.
— А почему? — тут же спросил Лун Юэхун.
Шан Цзяньяо улыбнулся:
— Потому что ты слабее всех.
— Разве не очевидно?
— …
Лун Юэхун поник так, словно получил удар и не смог ответить.
Причина перегруппировки и правда читалась легко.
Шан Цзяньяо уже показал способность Пробуждённого и достаточное хладнокровие. С телосложением, выносливостью, реакцией и природными задатками после генетической коррекции он по боевой силе в группе по Старому миру занимал место где-то между вторым и третьим. На ближней дистанции он безусловно превосходил Бай Чэнь, но дальше определённого расстояния опытная снайперша всё ещё была сильнее.
Поэтому логично было поставить самого сильного члена группы — Цзян Баймянь — с самым слабым, Лун Юэхуном. Так и его шансы выжить выше, и силы двух пар распределяются ровнее.
Услышав насмешку Шан Цзяньяо, Цзян Баймянь бросила на него взгляд и едва заметно покачала головой.
В этот момент Бай Чэнь, следившая за окрестностями, вмешалась:
— Командир, в этом нет необходимости. В ближайшие дни джип нам всё равно почти не понадобится. Солнечные панели могут заряжать запасные аккумуляторы, так что не придётся бояться, что экзоскелет слишком быстро разрядится и в нужный момент окажется бесполезен.
— Тоже верно. — Цзян Баймянь улыбнулась Лун Юэхуну. — Тогда остаёшься с Бай Чэнь. Когда выходите, надевай экзоскелет. Ха, вот так одним движением ты и превратился в самого сильного бойца группы. Всё-таки снаряжение для человека — великое дело. В древнем тексте, кажется, было: «Благородный муж не отличается природой — он лишь умеет пользоваться внешними средствами».
Лун Юэхун мгновенно воспрял духом. Слова командира казались невероятно разумными.
Шан Цзяньяо, однако, зацепился за другое:
— А почему я этого древнего текста не учил?
Бай Чэнь о нём вообще впервые слышала.
Цзян Баймянь припомнила:
— Дополнительное чтение. Именно, дополнительное чтение.
Лун Юэхун тут же всё понял. Цзян Баймянь ведь рассказывала, что её отец — биолог, как минимум D9, то есть всего в одном шаге от управленческого уровня. Возможности её семьи несравнимы с его собственной. Шан Цзяньяо тоже больше не стал спрашивать.
Цзян Баймянь подняла голову, прикинула положение солнца и сказала:
— Ещё рано. Бай Чэнь, Лун Юэхун, остаётесь в лагере и следите за Чернокрысом. Мы с Шан Цзяньяо немного осмотрим окрестности.
— Есть, командир! — одновременно ответили Бай Чэнь и Лун Юэхун.
Не теряя времени, Шан Цзяньяо и Цзян Баймянь покинули укрытие и спустились к подножию холма.
Как и раньше, каждый взял по два пистолета. Кроме того, Шан Цзяньяо нёс штурмовую винтовку, а Цзян Баймянь — гранатомёт.
Когда они вышли с холма Чернокрыса и углубились в покрытую густой растительностью холмистую местность, Шан Цзяньяо вдруг спросил:
— Командир, почему мы обязательно должны ждать людей компании? Почему самим не начать действовать и не пойти по следу нападавших?
Цзян Баймянь замедлилась, слегка повернулась к нему и ответила без обиняков:
— Ради вашей безопасности.
— У нас есть экзоскелет и достаточно огневой мощи. Мы вполне справимся с той группой, большого риска не будет, — серьёзно возразил Шан Цзяньяо.
Цзян Баймянь посмотрела ему в глаза:
— Я знаю, что тебя это задело.
Она ненадолго замолчала и быстро выдохнула.
— Меня тоже.
— Но в бою пули не разбирают, красивый ты или нет, новичок ты или ветеран. Они не станут обходить тебя стороной из сочувствия. Скорее наоборот — особенно любят таких.
— И откуда ты знаешь, что у тех людей нет средств против военного экзоскелета? Если они раздобыли термобарические боеприпасы, я ничуть не удивлюсь и другому серьёзному вооружению.
— Можно сначала выследить их и провести разведку. Разберёмся в обстановке — тогда решим, нападать или нет. Если шансов не будет, вернёмся и дождёмся людей компании, — Шан Цзяньяо всё ещё не сдавался.
Цзян Баймянь снова повернулась вперёд и продолжила идти:
— Не говори о слежке и разведке так, будто это легко.
— В Департаменте безопасности разведкой обычно занимаются одни из лучших бойцов подразделения.
— Будь у тебя и Лун Юэхуна достаточно опыта — я бы действительно попробовала. Но сейчас ты можешь гарантировать, что во время разведки вас не обнаружат и дело мгновенно не перерастёт в бой?
— В зрелой группе дело не в том, что никто не имеет права ошибаться. Важно, чтобы, когда один ошибся, остальные знали, как исправить последствия.
— Когда я или Бай Чэнь допустим ошибку, а вы с Лун Юэхуном сумеете сразу подхватить ситуацию, тогда группа по Старому миру сможет пробовать такие вещи.
Цзян Баймянь покосилась на догнавшего её Шан Цзяньяо:
— Ты же совсем недавно специально давил на Лун Юэхуна, надеясь, что он потеряет уверенность, провалит проверку и уйдёт из группы по Старому миру.
— А теперь уже не боишься, что погоня за нападавшими будет для него опасна?
Она вдруг понимающе протянула:
— А-а, ясно. Ты думаешь сам надеть экзоскелет, ворваться к ним и всех перебить, а Лун Юэхун пусть стоит в сторонке и смотрит.
Цзян Баймянь тихо рассмеялась.
— Ты же собираешься спасти всё человечество. Как можно так рисковать? Если тебя убьют на месте, кому достанется эта священная миссия?
— …Командир, не надо так красиво оправдывать страх смерти, — Шан Цзяньяо чуть не попался на её логику.
А затем совершенно серьёзно добавил:
— Найдутся продолжатели.
— Эм… Теперь я уже не понимаю, шутишь ты или нет. — Цзян Баймянь сменила тему. — Я за вас отвечаю. Ни ты, ни Лун Юэхун ещё не женились и не обзавелись детьми. Умереть вот так — слишком обидно. Ха, да и компании невыгодно.
— А у тебя дети есть? Ты ведь тоже постоянно рискуешь, — тут же спросил Шан Цзяньяо.
Цзян Баймянь сердито посмотрела на него:
— Нет.
— Когда проходило моё обязательное брачное распределение, я лежала в больнице и в любой момент могла умереть. Потом добровольно согласилась на генетическую коррекцию — так и выжила. В любом случае без неё было бы не спастись, так что решила рискнуть. Повезло.
— А после этого результаты модификации ещё были непонятны. Неизвестно, какие могут проявиться последствия; требовалось дальнейшее наблюдение и более убедительные данные экспериментов — например, по устойчивости наследования. Поэтому в распределении я с тех пор не участвовала.
Она вдруг нахмурилась:
— И зачем я вообще тебе это рассказываю? У нас ситуации одинаковые, что ли? Я, даже когда рискую, в большинстве случаев всё-таки достаточно уверена в своих шансах.
Не желая дальше говорить о себе, Цзян Баймянь перевела разговор:
— Ты отказался от распределения из-за…
Она постучала пальцем у виска.
— Из-за этого?
Шан Цзяньяо спокойно ответил:
— Хотя проблемы у меня действительно есть…
Цзян Баймянь не дала ему закончить и с улыбкой спросила:
— То есть ты и сам знаешь?
Шан Цзяньяо проигнорировал её и продолжил:
— Но значительную часть того, что кажется ненормальным, я делаю нарочно.
— Зачем? — сразу спросила Цзян Баймянь.
Во взгляде Шан Цзяньяо что-то мелькнуло. Он отвернулся и посмотрел вдаль.
— Я не хочу детей. И не хочу, чтобы какая-нибудь женщина потом обо мне переживала.
Загружаем комментарии…