Дни и ночи на заснеженных горных склонах сменяли друг друга с поразительной быстротой.
Место, где обосновались Чжинму и Ян Чжин, идеально подходило для усвоения ядер духовных кроликов: из-за сурового рельефа и непроходимых скал сюда не ступала нога человека.
Они провели пять суток посреди поляны, усыпанной тушками снежных кроликов.
В самом центре проталины, где снег полностью сошел, обнажив круглый пятачок жухлой травы, сидел юноша.
— Фу-у-у… фу-у-х…
Его глубокое, размеренное дыхание не прерывалось ни на секунду, а грудь плавно поднималась и опускалась.
Тело Ян Чжина, замершее в идеальной медитативной позе, источало невиданное прежде сияние.
Чжинму, который касался акупунктурной точки Мёнмун на спине ученика, помогая ему направлять потоки энергии, приоткрыл глаза и отступил на шаг.
— Ну и жарища от этого поглощения Ци… Костер разводить и то не надо.
Потягиваясь и разминая затекшие мышцы, Чжинму с удивлением цокнул языком, ощущая пышущий от тела Ян Чжина зной. Неудивительно, что вокруг них стаял весь вековой снег.
— Что ж, с остальным Ян Чжин справится сам.
Чжинму передал телу ученика основы постигнутой им Истинной Ци Шести Ян.
Хоть парень и считался его личным воспитанником, по складу характера он совершенно не годился для темных искусств или путей зла.
Ученик Удана — вот его истинное призвание.
Чхон Сан — прирожденный гений, схватывающий любые наставления на лету; Чхон У хоть и расстроится немного, но он парень простодушный и честный, так что примет младшего как родного.
Если учесть характеры этой троицы, они отлично поладят и в будущем поведут Удан к величию.
Так или иначе, поскольку циркуляция истинной энергии уже была запущена и стабилизирована, оставалось лишь очистить ее от шлаков путем непрерывного обращения по меридианам, оставив кристально чистую даосскую духовную Ци. Много времени это не займет.
Ян Чжин проглотил больше десятка нэданов снежных кроликов.
В их внутренней энергии практически не было примесей — поразительное доказательство исключительной природы этих зверей.
Скорее даже наоборот: Ци оказалась слишком чистой, что создавало свои трудности.
Благодаря этому даньтянь Ян Чжина наполнился до краев. Чжинму перехватил излишки бушующей силы и направил их в три главных меридиана.
В результате мальчишка, едва достигший ступени Чхунгом, в мгновение ока обрел объем внутренней энергии, вплотную приближающийся к ступени Танги.
Окинув Ян Чжина взглядом, в котором сквозило легкое беспокойство, Чжинму покачал головой и направился к туше мертвого вожака.
«Пока Ян Чжин медитирует, сниму-ка я шкуру с этого ушастого главаря».
Вжих.
Похоже, оттого что тушу избили со всех сторон, не пропустив ни единого дюйма, размякшая шкура легко подалась под несколькими точными движениями короткого ножа.
«И стоило сразу его убивать?»
Эти твари способны накапливать столь чистую природную энергию… Куда разумнее было бы поймать их и разводить.
Если кормить их Тяньшаньской снежной травой, через несколько десятков, а то и сотен лет это место превратилось бы в неиссякаемую сокровищницу.
Конечно, нет никакой гарантии, что каждый кролик способен сформировать полноценное ядро, но все равно обидно.
«Надо будет позже передать культистам: если наткнутся на кроликов с голубоватой аурой, пусть немедленно объявят их священным охраняемым видом и ловят исключительно живьем».
И эта трава… Тяньшаньская снежная трава — вот истинное сокровище.
Кролики кроликами, но в каждом здешнем стебле таится чистейшая духовная сущность.
Для сектантов Демонического Культа это растение сродни смертельному яду, а вот для даосских монахов — благословение самих небес.
Ее можно есть сырой или переплавлять в духовные пилюли высшего качества при помощи алхимических техник очищения.
«Точно, надо отправить партию на Удан».
Разве Чжинму не держал в руках монополию на торговлю с Синьцзяном?
Скупать у Демонического Культа эту снежную траву, которая для них не ценнее сорняков, за сущие гроши — и прямиком отсылать на Удан!
А там пусть пичкают ею послушников и без устали куют армию первоклассных мастеров.
Худшие среди Девяти Великих Орденов? Забудьте, эти времена прошли.
Отныне Удан возродится как величайшая даосская школа во всем Чжунъюане.
«С такими темпами мы вытесним все старые секты и захватим главенство в Праведном союзе. Разве не справедливо? Все-таки это школа, которой принадлежу я сам!»
Впрочем, о Тяньшаньской снежной траве нельзя болтать попусту. Поползут лишние слухи — и старые даосы с других гор головы сложат, но развяжут за нее войну.
«Все это достанется нашему Удану. Только Удану».
Довольный собой Чжинму перевел взгляд на собственный живот.
Благородная духовная энергия вожака до краев наполняла его даньтянь.
Ни единой капли мимо не просочилось.
А теперь, если аккуратно отшлифовать ее силой нескольких корешков снежной травы и привести в абсолютное равновесие с Искусством Хаоса Темного Дракона…
Наступит завершение Великого Предела. На свет родится невиданный, непревзойденный абсолютный владыка.
«Пукри До Чхон? Ха-ха! Скоро ты мне и в подметки годиться не будешь!»
Снести головы верхушке Золотой Армии… а потом… хм, Император все-таки правитель… если перегнуть палку, прослывешь мятежником… Ладно, об этом можно подумать после того, как завершится Тэгык Хапиль.
Так или иначе, Чжинму был безмерно доволен. Небеса благоволят тем, кто берет судьбу в свои руки!
«Итак, где бы уединиться для тренировки?»
Нужно тихое местечко, куда даже муравей не заползет.
Священная обитель для того, кто вскоре станет единственным истинным владыкой под этими небесами.
Чжинму огляделся по сторонам, и вдруг его слуха коснулся неприятный, режущий звук.
Звон стали? Там что, бой идет?
«Неужели эти недоноски из Четвертого Неба уже закончили подчинять осиротевшее Третье Небо?»
Если так, то даже к лучшему.
Слияние Тэгык — процесс невероятно тонкий, так что пусть лучше Глава семьи и его молодчики встанут вокруг надежным живым щитом.
Не скрывая самодовольной ухмылки, Чжинму неторопливо двинулся вперед, дожидаясь, пока очнется Ян Чжин.
Дзинь! Клац!
Сталь скрежетала о сталь.
Воины, сплотившиеся в глухую круговую оборону, тяжело и хрипло хватали ртом воздух.
Каждый из них был покрыт ранами и едва держался на ногах; казалось, еще миг — и защитный круг рухнет.
Их настигли.
После того как отряд Ынвидан был перебит до последнего человека, беглецы лишились возможности заметать следы и больше не могли оторваться от погони.
Люди в черных одеждах с черными клинками в руках.
Они неумолимо сжимали кольцо окружения, словно опытные охотники, загоняющие добычу.
Чхон Сан, Ун Ам, Чхон У и бойцы отряда «Габму» отбивались из последних сил, но и их резервы подходили к концу.
Что уж говорить о тяжелых потерях среди инспекторов под началом Ун Ама.
Вжих!
Клинок, рассекший воздух с яростным свистом, был сбит в сторону текучим движением меча Чхон Сана — техникой Юун.
— Ха-а… ха-а…
Даже Чхон Сан, считавшийся вместе с Ун Амом сильнейшим бойцом группы, не мог скрыть смертельной усталости.
Каждый из преследователей был опасен.
Поодиночке они уступали праведным мастерам, но стоило им сойтись парами или тройками, как их натиск становился сокрушительным.
«Неужели благородная Гом Хе пала? Неужели великая воительница, чье имя гремело по всему Чжунъюаню в числе Семи Святых Союза, мертва?»
В эту страшную мысль не хотелось верить, хотя в глубине души каждый понимал: оставляя ее позади, они фактически обрекли наставницу на гибель.
Но сейчас не оставалось времени даже на скорбь.
Если так пойдет и дальше, их перебьют одного за другим. Нужно было немедленно перестроить ряды, минимизировать урон и нащупать брешь во вражеском кольце.
Стыдно вновь уповать на Сасука, но другого выхода не виделось.
Если удастся пересечь границу Третьего Неба, появится шанс на спасение.
— Даос Ун Ам!
— Что?!
— Возглавьте центр и прикройте барышню Чжугэ изнутри круга!
Приказ был отдан без лишних объяснений, но Ун Ам среагировал мгновенно, бросившись на позицию.
— Барышня Чжугэ! Бойцы «Габму» держат внешний периметр, а основная группа прикрывает тыл. Быстрее оцените построение врага и найдите путь к отступлению!
— Слушаюсь! — Чжугэ Саньсан решительно кивнула.
Это было единственно верное решение.
Сердце сжималось от дурных предчувствий: погоня настигла их раньше, чем вернулась наставница, но девушка прекрасно помнила свой долг.
Нельзя терять надежду.
Ни наставница, ни тот загадочный старец, преградивший путь, пока не появились здесь.
Гом Хе — непревзойденный мастер меча.
Она ни за что не…
Чжугэ Саньсан попыталась вытряхнуть черные мысли из головы и острым взглядом принялась сканировать формацию мечников Мукгомдэ, непрерывно накатывавших и отступавших со всех сторон.
К счастью, положение еще не стало безнадежным.
Благодаря вовремя сформированному Чхон Саном круговому строю оборона стала куда прочнее.
— Чхон У!
У-о-о-о! Бах!
С коротким яростным ревом Чхон У всем весом врезался в набегающего черного мечника, сбивая того с ног, а клинок Чхон Сана, не упустившего миг замешательства врага, метнулся вперед подобно молнии.
Хлысь!
Кровь брызнула фонтаном. В рядах нападавших наконец-то появился первый убитый.
Это заставило мечников Мукгомдэ на миг отпрянуть и насторожиться.
Воодушевленный успехом Намгун Чхан Ви занял глухую позицию в центре построения, а Ли Бэкуй из школы Хайнань яростными выпадами оттеснил наседавших врагов.
«Получилось. Круговой строй замкнут».
Мгновенно оценив численность противника и слабые места его атаки, Чжугэ Саньсан отдала команду при помощи телепатии.
В то же мгновение Ун Ам ворвался во вражеские ряды, разворачивая Восемь Форм Облачного Дракона.
Бам! Бабах!
Удары ладоней, подкрепленные техникой легкой поступи, взорвались сокрушительной мощью.
Пиу-пиу-пинг!
Дэгун, стоявший внутри строя, из последних сил спускал тетиву, выпуская стрелу за стрелой.
Прорвать кольцо они не могли, но когда натиск немного ослаб, воины отряда «Габму» наконец-то показали, на что способны.
Еще немного — и они нащупают брешь…!
Однако блеснувший во взгляде Чжугэ Саньсан огонек надежды тут же погас, сменившись леденящим отчаянием.
Из-за деревьев вокруг один за другим появлялись новые бойцы в черном.
Тридцать… нет, по меньшей мере пятьдесят мечников!
Проклятье. Их численность удвоилась!
— Барышня Чжугэ! — донесся панический крик Дэгуна.
Стрелы кончились.
— Кха-а!
Чаша весов качнулась обратно, и защитников вновь начали теснить, нанося рану за раной.
Неужели это конец?
Неужели даже Небеса отвернулись от них?..
И в этот миг на поляну выскочило нечто до странности нелепое.
Огромная белая шкура неведомого зверя в руках… Оборванец-травник?
Чжинму, неспешно шагавший рядом с Ян Чжином к месту шума, вытаращил глаза и озадаченно склонил голову набок.
«Это еще что такое? Откуда здесь эта благодать?»
Неужто еще кролики-мутанты объявились? Неужели Небеса расщедрились на такой куш?
Судя по исходящей оттуда чистейшей ауре, тот матерый кролик-вожак, что любезно поделился своим нэданом и даже шкурой, был здесь далеко не единственным.
«Я обязан восполнить баланс Истинной Ци Шести Ян! На этот раз переловлю всех до единого и посажу на цепь!»
А потом кормить их Тяньшаньской снежной травой и откармливать для Чхон Сана и Чхон У…
Однако стоило Чжинму расплыться в блаженной улыбке, как его взгляду открылось истинное побоище.
Нападавшие в черных одеждах были ему незнакомы — в Демоническом Культе таких отродясь не водилось. Зато среди оборонявшихся сплошь мелькали знакомые рожи из Праведных фракций.
Ун Ам, оленьи глазки… и даже Чхон Сан с Чхон У, о которых он только что думал!
«Я сплю, что ли? Какого черта вы тут забыли?!»
Не успел Чжинму моргнуть от накатившего изумления, как Чхон У, уклонявшийся кувырком назад, получил подлый удар: черный клинок вспорол ему плечо.
«Моего мальчика… полоснул какой-то безродный ублюдок?!»
Его неотесанный, наивный, глуповатый, но безмерно преданный щенок! Его самый первый верный слуга!
Глаза Чжинму вспыхнули зловещим пламенем.
Вжух!
Прежде чем Чхон У, стоявший на волосок от гибели, успел скривиться от боли, черная тень накрыла мечника Мукгомдэ.
Хрусть! Чавк! Хрясь!
— ..?
Звук… звук точно раздался не из его собственного тела.
Чхон У, не успевавший следить ни за чем дальше кончика своего носа, ошалело уставился на возникшего из ниоткуда человека.
Знакомый до боли силуэт, укутанный в нелепую шкуру, со всклокоченными волосами, который в одно мгновение расплющил черного мечника всмятку, словно железным прессом.
— Сасу-у-ук!
Все, включая Чхон Сана, резко повернули головы на этот отчаянный, полный слезливой радости вопль.
Кого еще Чхон У мог звать Сасуком?
«Меч Удана» и истинный Владыка Сапэчхона — Чжинму!
При виде человека, чье появление можно было сравнить лишь с воскрешением из мертвых, ноги Чжугэ Саньсан подкосились, и она едва не рухнула в снег от нахлынувшего облегчения.
— С ума сойти! Чжинму! Сколько лет, сколько зим! Спасибо! — тяжело дыша, возбужденно выпалил Ун Ам.
Чжинму даже не взглянул на старых знакомых. Его бешеный взгляд вперился в мечника, посмевшего ранить Чхон У, а с губ сорвалось глухое ругательство:
— Да как вы, твари безродные, ничтожнее навозных жуков, посмели хотя бы поцарапать моего парня?!
Свирепый дракон, извергающий волны густой черной магии, сверкая налитыми кровью глазами, обрушился прямо в гущу вражеского строя.
Бойцы Мукгомдэ вскинули клинки, даже не осознавая, какая чудовищная, неотвратимая кара только что пала на их головы.
Стремительно.
Прямиком в объятия смерти.
Загружаем комментарии…