Да что за чертовщина...
Неужто скит Чунхоам провалился сквозь землю? С каких это пор надо мной открытое небо?
«...»
Чжинму несколько раз растерянно моргнул, силясь осмыслить происходящее.
Однако сколько бы он ни ломал голову, ответа так и не находил.
Что бы вокруг ни творилось, для начала следовало подняться на ноги. Встать и хотя бы оглядеться по сторонам...
Опершись ладонью о землю, он попытался приподняться — и вдруг замер с широко распахнутыми глазами.
— Какого дьявола?! Это еще что такое?!
Он оторопел не на шутку.
Куда подевались его крепкие молодые руки? Почему кожа вдруг сморщилась и покрылась старческими пигментными пятнами?
Он торопливо задрал рукава: предплечья тоже бороздили глубокие старческие складки, испещренные темными крапинками.
В ужасе Чжинму ощупал собственное лицо, от потрясения заикаясь:
— Морщины?.. Борода?!
Ерунда какая-то! Да что вообще стряслось?
Подобная нелепица приключилась с ним лишь однажды — в тот самый день, когда он впервые очнулся в теле послушника на Удане...
Хе-хе-хе-хе...
Он издал нервный смешок и лихорадочно завертел головой. Небось и вестник из преисподней опять стоит неподалеку, как в прошлый раз?
Уж на этот-то раз он сперва вцепится ему в патлы!
«...Никого».
Сколько Чжинму ни высматривал, поблизости не было ни проводника душ, ни волшебной травы бессмертия.
Вывод напрашивался сам собой.
«Ха, да это просто сон».
Не мог же он, превратившись обратно в дряхлого старика, проспать несколько десятилетий? Да и лунатизмом он отродясь не страдал.
Совершенно очевидно: это то самое осознанное сновидение, о котором ему доводилось слышать.
Если подумать, Чжинму уже и не помнил, когда в последний раз видел сны. Что ж, раз выпал такой случай, почему бы не прогуляться по миру грез без лишней спешки?
Тряхнув головой, чтобы выкинуть дурные мысли, он неспешно поднялся на ноги.
Сперва, озадаченный призрачной угрозой загробных вестников, он ничего не замечал, но теперь, оглядевшись, обомлел: картина вокруг открывалась совершенно невообразимая.
Посреди бескрайней равнины неспешно журчал ручей — вода была настолько прозрачной, что можно было разглядеть каждый камешек на дне. Но поражало вовсе не это...
«...Снег?»
Именно так.
Шел густой снег.
Хлопья непрерывно сыпались на землю, укутывая холмы ослепительно-белым покрывалом.
Всего в нескольких шагах от того места, где стоял Чжинму, царила цветущая весна, а прямо по соседству бушевала зимняя метель.
Мало того: чуть поодаль осенняя листва осыпалась с ветвей золотым дождем, а с другой стороны шумело изумрудной листвой знойное лето!
Все четыре времени года сосуществовали одновременно во всех направлениях.
«...И привидится же такое».
В мире, где разом сошлись все сезоны, фантазия сна, похоже, не знала границ.
С любопытством разглядывая пейзаж, Чжинму заметил на заснеженном холме одинокое невысокое деревце.
«...»
На абсолютно голых ветвях, лишенных единого листочка, висел единственный маленький алый плод.
Ноги сами понесли Чжинму к нему.
Раз плод всего один, его почему-то непременно захотелось сорвать и попробовать.
Хрусть, хрусть.
Преодолев невидимую границу времен года, он зашагал по скрипучему снегу...
Хлоп-хлоп-хлоп!
«!..»
Внезапно налетел порыв ветра, сопровождаемый оглушительным свистом мощных крыльев.
Вскинув голову, Чжинму остолбенел: прямо на него опускался исполинский журавль размером с добротный дом!
— Мать честная!..
Опешив от изумления, Чжинму попятился, споткнулся и плюхнулся задом в сугроб.
— О? А! Ты новенький, что ли?
«...»
Журавль разговаривает?!
Пока ошарашенный Чжинму хлопал глазами, со спины птицы высунулась мальчишечья голова, и на снег спрыгнул юный отрок.
Фух, слава богам, это всего лишь человек.
Но кто тут новенький? И почему мальчишка смотрит на него так, словно они сто лет знакомы?
— Владыка Чанчхонгока ждет тебя.
«...»
Пока Чжинму недоуменно моргал, мальчик спокойно подошел к дереву, сорвал алый плод и проворно вскарабкался обратно на журавля.
Шух-шух-шух!
— Эй! Постой! Пацан, погоди!
Чжинму торопливо вскочил, но от мощного взмаха гигантских крыльев поднялась снежная буря, и журавль в мгновение ока взмыл ввысь, растворившись в небесной лазури.
— ...Ну и скорость, чтоб тебя. Впрочем, чего еще ждать от сна?
Только вот имя это Чжинму слышал впервые. «Владыка Чанчхонгока»?..
Склонив голову набок, он бросил взгляд на опустевшее дерево.
— ...А я ведь съесть его хотел. Я первый его приметил!
Словно в насмешку над его словами, в животе тут же громко заурчало от дикого голода.
Облизнув пересохшие губы и погладив живот, Чжинму поплелся к ручью.
— Проклятье, хоть воды напьюсь... Чего?!
Присев на корточки у кромки воды и зачерпнув влагу ладонями, он оцепенел, разглядев свое отражение.
Он уже знал, что увидит старика... Но от этого лица буквально веяло первозданным высокомерием и скрытой злобой. Лицо человека, которого он знал лучше, чем кого бы то ни было на свете.
Даже напрягать память не требовалось. Это лицо без сомнения принадлежало...
«...»
Как ни крути, под каким углом ни присматривайся — это был он.
Сон. Чистейшей воды сон, и все же...
Какого черта здесь делает Хёкрён Муган?!
Слыхивал он притчу о Чжуан-цзы, которому привиделось, будто он стал бабочкой, но чтобы Чжинму во сне обернулся Хёкрён Муганом?..
Стоп. Это ведь Хёкрён Муган когда-то стал Чжинму! Тьфу ты, пропасть! Да какая разница?!
Лицо Чжинму — или, вернее, Хёкрён Мугана — скривилось от досады.
Насколько он понимал, это было его изначальное тело из прошлой жизни. К тому же он никогда не считал себя человеком, до безумия цепляющимся за ушедшую молодость.
Задерживаться в таком сне не сулило ничего хорошего. Пора просыпаться.
Хрясь!
Не раздумывая, Чжинму со всего размаха залепил себе звонкую оплеуху.
— ...Ой-ой, больно-то как!
Это была не просто боль — щеку обожгло нестерпимым, вполне осязаемым пламенем. От неожиданности он даже подпрыгнул на месте.
Пугающая реалистичность ощущений повергла его в панику.
Дело плохо. Кто-то когда-то говорил: чем острее чувства во сне, тем глубже ты увязаешь в мире иллюзий.
Накатила волна тревоги. С этой секунды он перепробовал все мыслимые способы, чтобы вырваться из наваждения.
Катался по земле, подпрыгивал, пытаясь достать макушкой до небес...
Но пробуждением даже не пахло. Казалось, он намертво застрял внутри этого чертова сна.
— Да чтоб тебя разорвало!
Взбешенный Хёкрён Муган смачно сплюнул на землю и выругался.
И что теперь прикажете делать?..
А! Погодите-ка, что там вякнул тот сопляк? Сказал, будто его ждет какой-то Владыка Чанчхонгока?
Точно. Нужно сначала отыскать его. Должен же быть какой-то толчок, чтобы разрушить этот проклятый морок.
— ...Но где искать этот Чанчхонгок?
Хёкрён Муган завертел головой по сторонам.
Перед ним расстилался неведомый мир, сотканный из сновидений. Поди разбери, где здесь что находится.
Беспокойно оглядывая горизонт, он вдруг замер и резко повернулся в сторону цветущих холмов.
— Чанчхон... «Долина Вечной Весны»!
Ну конечно! Та гора, где распускаются почки и все напоено свежим весенним ароматом! Если обыскать ее, там наверняка найдется ущелье или долина!
Вжих!
Едва приняв решение, он со всех ног бросился в сторону весны.
Перемахнув через ручей, он промчался по бескрайнему лугу прямиком к видневшимся вдали горным хребтам...
И наконец добрался до ущелья.
В кристально чистых потоках, огибавших распускающиеся диковинные бутоны, лениво сновали безымянные золотые рыбки.
«...»
Завороженный неземной красотой незнакомого пейзажа, Хёкрён Муган невольно замедлил шаг.
Пройдя вглубь долины, он вышел к широкой заводи.
Ослепленный мягким золотистым сиянием, исходившим от воды, он пригляделся и заметил прямо посреди водоема изящную беседку.
Внутри сидели старец с белоснежной бородой до пояса, облаченный в светлые даосские одежды, и юноша лет пятнадцати на вид.
Неужто этот седобородый и есть Владыка Чанчхонгока?
Не теряя времени, Хёкрён Муган оттолкнулся от земли и взмыл в воздух.
Топ, топ, топ!
Водная гладь? Да какая разница!
В прошлой жизни он давно превзошел искусство хождения по воде, а в этой без труда мог ступать по воздуху среди бела дня...
Плюх!
Тело, уверенно скользившее над поверхностью, потеряло опору всего через пару шагов и с шумом ухнуло на глубину.
Буль-буль-буль, кхе-кхе!
Вода мгновенно хлынула в нос и глотку.
Какого черта?! С чего это он тонет?!
Достигнув Великого Предела и ступив на стезю полубессмертного, позорно захлебнуться в какой-то луже?!
Пока Хёкрён Муган отчаянно барахтался, не понимая, что происходит, к нему что-то приблизилось.
Хвать!
Инстинктивно уцепившись за протянутую руку, он позволил вытащить себя на поверхность.
— Кхе-кхе-кхе... Спасибо...
Откашлявшись от попавшей в легкие воды, Хёкрён Муган тяжело перевел дух и поднял взгляд.
— Вы в порядке?
— ...А? Что? Да... кхм, в порядке.
Перед ним стоял тот самый юноша из беседки. Он подплыл на небольшой лодочке и вовремя вытащил утопающего.
— Я ждал вас.
— ...Что?
— Прошу, садитесь. Владыка Чанчхонгока ожидает вас.
«...»
Юноша лучезарно улыбнулся, и Хёкрён Муган невольно засмотрелся на него.
Что за чертовщина? Стоило увидеть эту теплую улыбку, как вся сумятица и злость в голове бесследно растворились.
На душе воцарился удивительный, не знающий тревог покой.
Всплеск, всплеск.
Паренек едва успел сделать несколько взмахов веслами, а лодка уже причалила к беседке.
— Добро пожаловать.
«...»
— Ха-ха, полно, не стоит так удивляться.
Хёкрён Муган нерешительно ступил под своды павильона, повинуясь жесту улыбающегося старца, приглашавшего его присесть.
— Любопытство разбирает?
— ...Есть немного.
— Ха-ха, еще бы. На твоем месте любой бы растерялся.
«...»
Да этот старик явно не в себе.
Хёкрён Муган нахмурился, ожидая, что тот скажет дальше.
— Я — Владыка Чанчхонгока.
«...»
Спасибо, этот малец уже все растрепал.
— Когда-то в мире смертных меня звали Чхон Му.
— ...А, понятно... Чего?!
Хёкрён Муган, машинально кивнувший в ответ, вдруг распахнул глаза от изумления.
Чхон Му?! Тот самый легендарный Чхон Му, глава Удана столетней давности?!
— Ха-ха, вижу, имя тебе знакомо.
«...»
— А этот мальчик — местный чиновник-даос, Чжигван. Мой личный ученик, взращивающий духовную силу Сонги.
Ошарашенный взгляд Хёкрён Мугана метнулся от старца к юноше.
— Ох, неужто не узнаешь? А я-то думал, сразу признаешь.
— Что?..
— В смертной жизни его звали Сонхви.
— Сон... хви?..
Глаза Мугана полезли на лоб.
Сонхви?! Тот самый безумный сопляк-послушник Додон?!
— Ха-ха, похоже, наконец дошло. Тот самый отрок, прислуживавший Мён Чжину. Не сумев отпустить привязанность к Мён Чжину, его душа осталась подле тебя, а позже он первым совершил дэнгсон и вознесся на Небеса.
«...»
Мало того, что перед ним сидел Чхон Му, так рядом оказался еще и Сонхви — истинный владелец смертного тела Чжинму... Погодите, а что старик только что ляпнул?!
— Воз... несся?
— Именно.
«...»
Чхон Му. Сонхви. Вознесение.
— Вы хотите сказать... что я совершил дэнгсон и вознесся на Небеса?!
— Все верно. Твои кармические узы с миром смертных иссякли до капли, посему ты вознесся в Небесное Царство.
«...»
Хёкрён Муган онемел, беззвучно приоткрыв рот.
Вознесение. То самое высшее состояние, о котором он грезил всю свою долгую жизнь... Но вот так?! Внезапно?! Во сне?!
Да разве к бессмертию приходят вот так запросто?!
— Вот так все и устроено.
«...»
— Пути у всех разные, но редко когда они сопровождаются великим громом. Вон, Пхун Хван, прибывший самым первым, стал владыкой Ледяной Долины Ханбингок. Уверен, однажды вы с ним встретитесь.
«...»
— Тебе здесь пока все в новинку. Вода, в которую ты только что угодил, зовется Тяжелой Водой — переправиться через нее можно, лишь обуздав священную духовную силу Небесного Царства. Твоя земная Ци пока осталась неизменной. Но раз уж ты ступил в обитель бессмертных, тебе надлежит отбросить силу мира смертных и впустить в себя божественную мощь Небес. Разумеется, я помогу тебе пройти этот путь.
— Что?..
— Разве ты не завершил за меня то кармическое бремя, с которым я не совладал в прошлом? Я обязан отплатить тебе добром за добро.
«...»
— Мы с Чжигваном сохранили облик, который носили при жизни, но тебе я помогу принять любой вид, какой пожелаешь. К тому же я обучу тебя искусству бессмертных — Сонсулю. В будущем ты и сам станешь великим небожителем.
«...»
От речей Чхон Му у Хёкрён Мугана голова пошла кругом.
Вознесся. Сила смертного мира здесь бесполезна, и, чтобы жить как бессмертный даос, нужно либо пробудиться заново, либо учиться с нуля.
В такое верилось с трудом, но, как ни странно, внутри шевельнулось мгновенное согласие.
— Ха... Да что вообще за бред здесь творится?
С губ сорвался лишь нервный смешок.
— Кстати, тут есть кое-кто, кто страстно желает с тобой повидаться.
— Со мной? И кто же?
— О, один весьма важный господин. Он наверняка окажет тебе огромную помощь в здешней жизни.
— Да кто...
— А вот, легок на помине.
«...»
Хёкрён Муган повернул голову туда, куда с мягкой улыбкой указал подбородком Чхон Му.
Черные одежды... Знакомый балахон... Где-то он его уже видел...
— Ах ты, сукин сын!
Взревев, Муган вскочил с места, опрокинув сиденье.
— Давно не виделись, — раздался спокойный голос.
«...»
— Изначально я планировал вселить твою душу в тело послушника Додона, но этот проклятый Чхон У Мён внезапно скормил ему траву бессмертия... Кармические нити едва не спутались в неразрешимый узел. До сих пор в дрожь бросает, как вспомню.
— Ах ты, тварь...
— И все же я знал, что ты справишься. Благодаря тебе я избежал кучи хлопот. Хан Му Хва, рожденный под несчастливой звездой злого духа, чуть было не вверг весь мир смертных в пучину хаоса. Не воспитай ты его бастарда, Хан Гён Хона, тот наверняка пошел бы по стопам демонического отродья.
«...»
Пусть после вознесения голова соображала туго, но память вернулась мгновенно.
Выходит... Послушник Додон, Чхон Му, этот проклятый вестник преисподней... Все они были заодно?! Все это было подстроено с самого начала?!
Он помнил, как этот ублюдок схватил его за волосы на пороге смерти, едва скальп не содрал... Запихнул его мятежный дух в тело сопляка, а теперь самовольно приволок в Небесное Царство?!
— ...Ха-ха. Ну надо же, какая прелесть.
Хёкрён Муган уставился на черного проводника ледяным, убийственно спокойным взглядом и медленно сжал кулаки.
Сила была на месте.
Черный Дракон, слившийся воедино с даосской Ци в Великом Пределе Тэгык, никуда не исчез — он отчетливо дремал в глубинах даньтяня.
Все было в точности так, как сказал Чхон Му: сила мира смертных осталась при нем.
Хе-хе-хе... Ну и дурачье же вы.
Как же вам троим сегодня не повезло.
Если уж выдернули меня сюда, надо было первым делом отобрать у меня эту чертову силу!
— А я-то все гадал, что за скотина это подстроила...
Поднявшись во весь рост, Хёкрён Муган неторопливо шагнул к опешившему вестнику и расплылся в широчайшей, хищной улыбке.
Хвать!
— А-а-ай! Ты чего творишь, умалишенный?!
«...»
Хёкрён Муган мертвой хваткой вцепился посланцу в волосы. Тот взвизгнул, начисто растеряв всю свою небесную невозмутимость.
Заткни пасть, ублюдок! Знаешь, как мне тогда было больно?! А?!
Знаешь, каково это — когда с тебя живьем сдирают кожу с черепа прямо на пороге смерти?!
Ну ничего, щенок. Сегодня я верну тебе этот должок с процентами!
Я выдеру тебе все патлы до единого волоска, обкорнаю под монаха и пинками отправлю прямиком в Парадиз к буддистам!
— Эй! Муган! Остынь! Нельзя! Он занимает высокий чин в палатах Небес! Даже с твоими заслугами за такое ждет суровая кара...
Бросившийся было наперерез Чхон Му осекся, натолкнувшись на зверский, налитый кровью взгляд Хёкрён Мугана.
Плевать я хотел. Думаешь, раз ты предок, я тебя не приложу?!
А вы двое вообще стойте и не рыпайтесь.
Вздумали чужими душами вертеть, как вам заблагорассудится?!
Знаете, сколько тумаков мне пришлось отвесить бездарям на Удане из-за ваших собачьих фокусов?!
Я здесь все Небесное Царство в кровавое море превращу, и начну с того, что откручу яйца этому черноряснику!
Белые клыки Хёкрён Мугана хищно блеснули в зловещей, перекошенной от бешенства ухмылке.
Загружаем комментарии…