Ручей, скованный льдом на протяжении долгой зимы, оттаивает и вновь несет свои чистые воды; обнаженные ветви в бескрайней пустоши тянутся к свету, выпуская молодые побеги.
Деревья, трепещущие под весенним ветром, вскоре одеваются пышной листвой, даруя прохладу и укрывая от зноя; но созревшие листья, достигнув пика своей зрелости, бессильно опадают наземь, подобно угасающим старцам.
И когда холодный ветер разносит увядшую листву, лишая ее последних капель жизненной силы, она высыхает и крошится под ногами, пока первый снег не укроет землю пушистым покрывалом, возвещая о завершении круга четырех времен года.
Однако там, где наступает конец, всегда зарождается начало. Стоит ветру перемениться, а очнувшейся от зимнего сна лягушке подать голос у журчащего ручья, как смертные с трепетом осознают: весна вернулась вновь.
Миновало немало ночей с тех пор, как колесо бытия в мире смертных совершило десятки своих привычных оборотов.
И как раз в тот миг, когда Чжинму решил, что все приготовления к походу в Земное Царство завершены, явился Нефритовый Император — явился точно в срок, словно знал обо всем заранее.
— Ты готов?
В ответ на вопрос владыки Чжинму бросил короткий взгляд на Чхон Сана, сжал кулак и небрежно бросил:
— Готов хоть сейчас выдрать все патлы Матери Призраков, если потребуется.
— Хвастун…
Окхван лишь усмехнулся: дерзкий и уверенный тон Чжинму пришелся ему по душе.
— Выступаем.
— Куда?
— К проходу в Земное Царство.
— Прямо сейчас?
— Все готово, к чему медлить?
— Постойте, мы ведь даже толком не попрощались…
Чжинму собирался сказать пару теплых слов, ведь никто не знал, сколько продлится это путешествие, и если все пойдет прахом, они могли больше никогда не увидеться. Однако высказать свое недовольство он попросту не успел.
— А?
Нефритовый Император едва заметно махнул рукавом, и мир вокруг мгновенно преобразился.
Стоило лишь раз моргнуть — и долина Чанчхонгок, еще миг назад напоенная благоуханием цветущей весны, исчезла, уступив место подземной каверне, погруженной в кромешную тьму.
«Какая чудовищная сила…»
Он изменил само пространство или перенес их в другое место за долю секунды?
Чжинму с невольным благоговением посмотрел на Нефритового Императора, но внезапно сбоку донесся странный звук:
— Бэ-э-э!..
— ?
Повернув голову, Чжинму увидел распростертого на каменном полу Чхон Сана, которого безудержно рвало.
— Цыц… и этот сопляк еще грозился выдрать волосы у Гвимо…
— …
Чжинму ошарашенно посмотрел на цокнувшего языком владыку.
Что за чертовщина? С чего вдруг крепкому Чхон Сану стало настолько дурно?
— Мы преодолели колоссальное расстояние в одно мгновение. Его тело попросту не выдержало такой нагрузки.
— Какое еще расстояние?
— Приличное.
— А точнее?
— По меркам смертных — около шестисот семидесяти тысяч ли.
— Шестьсот се… Сколько?! За один миг?!
— Полагаешь, я вру?
— Да упаси боги… И где мы теперь?
— В Нижнем Мире.
— В мире смертных?
— Именно.
— А разве владыке Небес пристало лично разгуливать по Нижнему Миру?
— Попридержи язык, щенок. В здешних горах обитает немало горных духов, так что осторожность не помешает. Я лишь изредка спускаюсь сюда с тайными проверками, вот и все. К тому же… слыхал про Окнё? Я иногда наведываюсь к тем купальням…
Слушая откровения Нефритового Императора, Чжинму недоверчиво прищурился.
До горных духов все звучало складно… но Нефритовые девы? Захаживает он туда, значит?
«Вот же старый сластолюбец! Подглядывает за купающимися феями!.. Ой, черт! Он же читает мысли!»
Чжинму торопливо вымел из головы все крамольные мысли и поднял взгляд. Так и есть: Нефритовый Император буравил его тяжелым, подозрительным взором.
— И что это за непочтительный блеск в твоих глазах?
— А? О чем ты?
— Пусть мои силы в Нижнем Мире ограничены и я не могу читать твои мысли напрямую, но по твоей мерзкой физиономии и так все ясно!
— …
«Ого, значит, здесь он не может читать мысли?»
Какое облегчение!
«Ну погоди, старый хрыч, теперь-то я отыграюсь за все твои подколы…»
— Неужели ты подумал обо мне нечто непотребное? Признавайся!
— Да как вы могли такое подумать! Разве посмел бы я, ничтожный, допустить мысль, что великий владыка Небес станет подглядывать за омовением невинных дев?
— Тебе жить надоело?
— Прошу, не поймите меня превратно!
— Вот как?
— Чистейшая правда!
Чжинму напустил на себя самый благочестивый и серьезный вид, на какой только был способен.
«Какое счастье, что он глух к моим мыслям… Хотя внутри я продолжаю крыть его на чем свет стоит. Надо держать лицо».
— Правда, говоришь?
— Конечно! Лучше скажи, где мы находимся?
— …
Поняв, что Чжинму ловко уводит разговор в сторону, Нефритовый Император смерил его колючим взглядом и неохотно бросил:
— У расщелины.
— Расщелины?
— Да. Изначально между Тремя Мирами существовало бесчисленное множество разломов. Нечто вроде потайных троп, позволяющих перемещаться между ними.
— А-а! Вот оно как.
— Однако далеко не каждый проход ведет в строго определенное место. Есть тропы, ведущие прямиком в намеченную обитель, но полно и таких, шаг в которые унесет тебя в неведомые дали.
— А эта куда ведет?
— Это один из тех тайных разломов, что находятся под личным надзором Небес.
— Ого!
Чжинму издал сдавленный возглас и с любопытством огляделся по сторонам.
Всюду стлался сырой мох, а каменные стены оплетали узловатые лианы толщиной с человеческую руку.
Неужели в таком богом забытом месте действительно скрывается проход в Земное Царство?
Едва Чжинму задался этим вопросом, как Нефритовый Император двинулся вперед.
Шурх, шурх.
Пройдя немного, он остановился и принялся раздвигать густые заросли, скрывавшие каменную кладку.
И взору предстал… колодец?
— Подойдите.
— …
Когда Чжинму и пришедший в себя Чхон Сан подошли ближе, владыка указал на полуразрушенный, ветхий колодец. Чжинму заглянул внутрь и невольно замер в изумлении.
Даже его духовное зрение, для которого давно стерлась грань меж днем и ночью, не могло различить дна.
Казалось, перед ними разверзлась первозданная бездна: шагни туда — и сгинешь навеки. От одного взгляда на эту черноту по спине пробегал неприятный холодок.
— Этим проходом пользовались во времена Великой Войны Богов и Демонов.
— …
— Тогда через него непрерывно сновали бесчисленные отряды, нанося удары по вражеским рубежам. Однако после заключения мирного договора проход был наглухо запечатан и с тех пор ни разу не открывался.
— Значит, Гвимо тоже знает об этом месте?
— Нет. Этой лазейкой пользовались исключительно войска Небес.
— …Тогда откуда берутся твари, что и поныне совершают набеги на границы Небесного Царства?
— Думаешь, только мы знаем тайные тропы? У Матери Призраков наверняка припрятаны свои собственные проходы.
— Вы же заключили мирный договор?
— Такова уж сущность Гвимо. Прекрасно зная, чьи отродья бесчинствуют на границах, при любых претензиях она лишь строит невинную мину и твердит, что знать ничего не знает.
— Скверный у нее характерец.
— Не то слово. Но мы — иное дело. С момента перемирия я не отправил в Земное Царство ни единой живой души.
— Хм, справедливо.
— На то я и Нефритовый Император.
— …
— Я не смогу долго удерживать проход открытым. Приоткрою лишь на краткий миг, чтобы Гвимо ничего не почуяла.
— …
— Вы гарантированно окажетесь в Земном Царстве, но куда именно вас выбросит — ведомо лишь судьбе. Впрочем, где бы вы ни очутились, там не будет ни законов, ни пощады, ни милосердия.
Лицо владыки оставалось суровым, а голос звучал предельно напряженно.
Однако на губах Чжинму заиграла хищная, широкая улыбка.
«Беззаконие, беспощадность и жестокость… Ох, как же давно я не слышал столь сладостных речей!»
От одного предвкушения кровь начинала быстрее бежать по жилам.
Да, именно такой и должна быть настоящая жизнь! Брызги крови, хруст переломанных костей и рвущаяся плоть — вот оно, истинное веселье!
Чего стоило притворяться благочестивым бессмертным, облачаясь в чуждую, тесную личину? Сердце готово было выпрыгнуть из груди от восторга при мысли о том, что он наконец-то сможет надеть привычные, впору пришедшиеся одежды.
— И все же, хоть я и согласился отпустить вас, на душе неспокойно. Правильно ли я поступаю?..
— К чему эти неуместные терзания? Да и лицо бы попроще сделали, раз уж изображаете искреннее беспокойство.
— У меня от природы такое лицо.
«Врет и не краснеет. Только что чуть пар из ушей от злости не пускал».
Впрочем, затевать перепалку сейчас было верным способом схлопотать по шее. Чжинму благоразумно перевел взгляд на колодец:
— Ну так что, откроете проход?
Заметив горящий в глазах Чжинму азарт, Нефритовый Император тяжело вздохнул:
— Повторяю в последний раз: о том, что вы проникли в Земное Царство через этот разлом, ни я, ни Небеса…
— Будете отпираться до последнего?
— Именно.
— Меня это не пугает, я уже уяснил.
— …
— Где искать Синее Пламя?
— Не знаю.
— Спросил на всякий случай.
— Однако у Саты, одного из Владык Шести Адов, хранится Книга Кармы.
— …
При этих словах Чжинму оторвался от созерцания колодца и недоуменно уставился на владыку.
«Что еще за Сата? И что это за штука такая?»
— Что? Я разве не говорил?
— …
— Порядок нарушен. Книга Кармы — именно то, что тебе нужно.
— То есть?
— Фолиант, в который занесены судьбы и грехи всех неприкаянных душ.
— А-а!
— Сата… как бы это объяснить… Если проводить параллели с Небесами, он ведает делами, схожими с обязанностями Бохва Сёнина.
Чжинму уже собирался понимающе кивнуть, но внезапно осекся.
«Схожими с патриархом Бохва?..»
Основатель Удана, обладающий чудовищной мощью, заведующий Палатой Регистрации высших бессмертных?!
— Послушай, Нефритовый Император…
— Чего тебе?
— А этот Сата… он что, так же силен, как почтенный Бохва?
— Бохва ему не ровня. Он ведь пока даже не достиг ранга Верховного Владыки.
— Верховного Владыки?! Хочешь сказать, этот демон обладает силой Сандже?!
— Разумеется. Он правит одним из Шести Адов, подвластных Матери Призраков. Это значит, что он входит как минимум в шестерку сильнейших созданий Земного Царства.
— …
Челюсть Чжинму медленно поползла вниз.
То есть ему нужно явиться к монстру, равному по силе Верховному Владыке Небес и занимающему шестую строчку среди сильнейших владык преисподней, отобрать у него эту треклятую Книгу Кармы и собственноручно вычеркнуть оттуда имена Мён Чжина и Чхон У?..
— Именно так.
— Ох…
Чжинму ошарашенно кивнул, а затем с подозрением воззрился на Нефритового Императора:
«И этот старик еще смел заявлять, что не может читать мои мысли?!»
— Ха-ха, у тебя все на физиономии крупными иероглифами написано, дурень.
— Да у вас, я погляжу, талантов пруд пруди.
— Обычное дело.
— …Очень рад за вас.
— …
От ядовитого тона Чжинму кулак Нефритового Императора непроизвольно сжался и опустился.
Ох, как же чесались руки приложить этого наглеца разок-другой! Но стоило ли марать руки, если этот безумец и так отправлялся прямиком на верную погибель?
— Если одумался, еще не поздно отказаться…
— Ни за что. Раз уж он настолько силен, во мне лишь проснулся охотничий азарт. Ждите вестей. Я покажу этим подземным тварям, на что способен истинный полководец Небес!
— …
Глядя на раздухарившегося Чжинму, Нефритовый Император едва сдержал кривую усмешку.
«Странный он… Слишком уж нелепо выглядит его бахвальство перед лицом неминуемой смерти».
— Что за взгляд? Разве такими глазами провожают храбреца, добровольно шагающего в пасть тигра?
— Тебе показалось.
— Пф-ф, показалось ему. Да по глазам же видно, что насмехаетесь!
— Вовсе нет. Я лишь искренне переживаю за твою шкуру.
— Сам справлюсь.
— Ах ты паршивец…
Нефритовый Император недовольно прищурился, пошарил в складках широкого рукава и извлек две небольшие бусины, протянув их Чжинму:
— А это еще что?
— Это Нефрит Возвращения, заряженный частицей моей силы.
— Позволит вернуться назад?
— Да. Стоит разбить бусину об землю и пробудить ее силу, как вы мгновенно перенесетесь обратно в Небесное Царство.
— Вот как!
Чжинму уже потянулся за артефактом, но вдруг нахмурился:
— Постойте-ка, а так можно?
— В каком смысле?
— Вы же сами твердили, что дело требует строжайшей секретности? Если что-то пойдет не так, вспыхнет война, и вы будете открещиваться от нас до последнего вздоха.
— …
— Но если мы применим эту штуку, Гвимо сразу поймет, чьих рук это дело!
— Кхм! Много болтаешь! Дают — бери и помалкивай! Приготовьтесь, сейчас я сниму печать.
Владыка Небес неловко прочистил горло, шагнул к каменному зеву колодца, глубоко вдохнул и широко развел руки в стороны.
«Ха, только и умеет, что строить суровые мины, а сам печется о нас… Притворяется безразличным, а у самого уши покраснели. Ладно, от подарков отказываться глупо — как-никак, запасная жизнь в кармане».
Чжинму и Чхон Сан бережно спрятали спасительные нефритовые бусины на груди.
Шу-у-ух.
Тем временем сияние, исходившее от тела Нефритового Императора, становилось все ярче, постепенно вытесняя застоявшийся мрак подземного грота.
Гул-л-л.
— Ого…
Зрелище завораживало.
Густая тьма в глубине колодца пришла в движение, закручиваясь подобно гигантскому водяному смерчу, и с каждой секундой вращалась все быстрее.
— Вперед! Проход открыт, но он захлопнется в мгновение ока! Упустите момент — останетесь запертыми в междумирье навечно!
— …
Услышав предостерегающий выкрик владыки, Чжинму что-то крикнул в ответ и без колебаний сиганул в ревущую бездну. Чхон Сан ринулся следом.
У-у-ух!
Стоило черному вихрю поглотить обоих бессмертных, как Нефритовый Император резко оборвал поток духовной силы.
Дольше удерживать брешь было нельзя: этот коридор держался исключительно на его личной божественной мощи, и малейшее промедление не укрылось бы от чуткого взора Матери Призраков.
Глухой рокот.
— …
Глядя на затихший каменный колодец, вновь ставший обычным куском древней кладки, Нефритовый Император припомнил последние слова, брошенные Чжинму перед прыжком:
«Даже выпить перед дорожкой не дал… Жди назад, старик!»
Слова прозвучали дерзко, но на губах владыки Небес расцвела теплая, едва заметная улыбка.
Раз уж этот безумец пообещал вернуться, значит, это путешествие непременно станет дорогой в оба конца, а не билетом в один конец.
К тому же… если судьба действительно ведет его за собой, у него все получится.
«Доброй дороги, Генерал Ду».
Загружаем комментарии…