Когда пала пространственная граница и разверзся раскол, из бездны хлынули десятки тысяч демонов.
Они без разбора пожирали смертных и проникали в людские сердца, скрываясь под масками из плоти. Демоны сеяли в душах семена низменных страстей, развращая людей медовым шепотом.
Поскольку зло куда охотнее потакает желаниям, нежели добро, скверна распространялась со страшной скоростью. Слабые озлобились, сильные опьянели от ненасытной жадности, а обездоленные исполнились смертоносного яда обиды и жажды мести.
Даже добродетель не выдержала и обратилась во зло — мир стремительно дичал.
Повсюду царила резня.
Дети поднимали клинки на отцов, отцы душили собственных детей, а случайные прохожие на дорогах впивались друг в друга зубами и кромсали плоть на куски.
Все полыхало и рушилось.
Для праведников не осталось места под солнцем.
Демоны натянули на себя человеческую кожу, а люди стали неотличимы от порождений ада.
Разумеется, в этом гибнущем мире находились смельчаки с непоколебимой волей, но разве могли смертные тягаться с могуществом тварей преисподней?
Их отрубленные головы катились по полям, а растерзанные трупы доставались на съедение падальщикам. Этот мир ничем не отличался от преисподней.
Лишь когда небожители спустились из горних чертогов на помощь смертным, демоны Земного Царства окончательно сбросили личины и явили свое истинное естество.
Так началась Война Богов и Демонов.
С ясного неба обрушивались молнии. Горы раскалывались, земля шла трещинами, выгорали вековые леса, и каждый день мир озарялся не солнцем, а бушующим пламенем.
Проливные дожди переполняли русла рек, обращаясь в сокрушительные потопы; великие города смывало прочь без следа. Исполинские приливные волны накатывали на побережья, до неузнаваемости меняя очертания суши. На смену воде приходила иссушающая жара, земля трескалась от зноя, а великий голод порождал чудовищные эпидемии.
В глазах смертных эта битва выглядела карой разгневанной природы.
Исход противостояния, длившегося десятилетиями, оказался плачевен. Орд Земного Царства не убавлялось, тогда как силы Небес, неизбежно ограниченные числом, истощались с каждым днем.
К тому же сами люди, оскверненные злом и пробудившие в себе демоническую силу, переходили на сторону тьмы.
В конце концов Небесное Царство запечатало все проходы, ведущие в Мир Смертных.
Большинство небожителей решило, что погрузившийся в пучину зла мир уже не спасти, и возвело барьеры для обороны собственных чертогов.
Его попросту бросили.
И все же те, кто остался, еще боролись.
То были духи земли, в незапамятные времена пустившие корни в священных истоках Небесной Ци и оберегавшие мир смертных.
Будучи ближе к людям, они отказались подчиниться воле Нефритового Императора, приказавшего отступить, и избрали отчаянную борьбу до последнего вздоха.
Им было жаль смертных, которых еще не коснулась скверна. Они искренне верили, что обязаны защитить беззащитных.
Однако после того, как поддержка Небес иссякла, силы духов начали таять.
Один за другим они гибли под натиском порождений преисподней. Их безжалостно топтали и уничтожали, не давая даже надежды на вечный покой.
Уцелело лишь несколько святилищ. Но и те превратились в объект насмешек — словно загнанные мыши, окруженные сытым котом.
Северо-восток Чжунъюаня, подножие горной цепи.
Свист! Грохот!
— Кха-а!
Старик, отброшенный сокрушительным ударом, с глухим стуком врезался в вековой ствол дерева и осел на траву.
— Кхе-кхе… проклятые шелудивые псы…
Старец, чья седая борода была густо залита алой кровью, тяжело дышал, глядя на врагов, плотным кольцом обступивших поляну.
Оборванцы в звериных шкурах с грубыми тесаками в руках — бесконечная шайка разбойников.
Вот только в их глазах полыхал зловещий багровый огонь, выдававший одержимость.
Они давно перестали быть людьми. Они превратились в марионеток, утративших человеческий облик под сладким шепотом демона.
И этот демон, совративший разбойников, непременно находился среди них. Чтобы положить конец бойне, нужно было уничтожить предводителя.
Старик острым взглядом окинул толпу головорезов.
— Ба, да кто это у нас тут?
—?..
Услышав насмешливый голос из-за спин бандитов, старик вздрогнул и перевел взгляд.
— С чего бы это почтенному горному духу покидать свою обитель и забредать в такую глушь?
— …
Из рядов расступившихся разбойников выступил дородный верзила исполинского сложения, небрежно закинувший на плечо тяжелое вольдо.
С виду он походил на обычного главаря банды, однако старец мгновенно распознал в нем истинного врага. От него разило удушливой, нестерпимой Маги.
Но как он узнал сущность старика?
— Сидел бы тихо на своей горе — я бы сам к тебе заглянул чуть позже. Чего ради ты притащился сюда? Неужто ради защиты этого мусора?
— …
Ку Чжо, древний дух, веками оберегавший эти горные хребты, бросил короткий взгляд себе за спину.
Там, за его спиной, сгрудились крестьяне-огневики, возделывавшие земли у подножия. Люди, которых преследовали бандиты и которых он сумел спасти ценой собственного вмешательства.
Оставь он их на растерзание, смертная обида пропитала бы их кости до основания, превратив несчастных в голодных призраков.
— Не лезь не в свое дело, отдай их мне и убирайся. Глядишь, проживешь лишний денек.
— Заткнись, мерзкое отродье!
Взревел разъяренный Ку Чжо, не выдержав издевательских речей чудовища. Могучая звуковая волна ударила вперед, всколыхнув пространство.
Ба-ам!
— Кх-х!
— А-а-агх!
Деревья заходили ходуном, когда бесформенный воздушный таран прошил ряды бандитов. Разбойники в агонии схватились за уши. У некоторых из них багровый огонь в глазах на миг погас, сменившись искрами ясного сознания.
— Угх…
Они растерянно мотали головами, еще не до конца придя в себя, а демон лишь криво усмехнулся:
— Ого? Весьма недурно. Развеять мою связь с приспешниками одной лишь силой гласа? Старик, а ты силен!
Ш-ш-ша-а!
Под холодный оскал тело главаря исказилось.
Кожа на его горле с треском лопнула, плоть вздулась, и наружу вырвался гигантский тигр с черной шерстью, серыми полосами и пылающими багровыми глазами.
— Ты… ты же?..
Ку Чжо мгновенно узнал его, и сердце духа сжалось от ужаса.
Кым Хон, Золотой Тигр, страж здешних хребтов! Горный дух, Сангун, когда-то охранявший соседние вершины…
— Немыслимо!.. Ты пожрал своих собратьев?!
Кхр-р-р… Хрусь!
Явивший истинный облик Кым Хон оскалился в плотоядной ухмылке и лениво вильнул хвостом.
— А-а-а!
Ядовитый туман, сорвавшийся с его шерсти, коснулся крестьян и бандитов, и глаза последних вновь налились кровавым безумием.
— Пожрал. И разве только одного? Я пожирал и людей, и духов, и диких зверей. Я жрал без счета, пока не стал тем, кем стал!
— О Небеса…
С губ Ку Чжо сорвался тяжелый стон.
«Иоль… Демон-людоед…»
Тигр рожден с задатками священного зверя. Если он совершенствуется под началом божества, его Дао достигнет Небес, возвысив его до ранга бессмертного.
Но если зверь не обуздает плотские желания и вкусит мяса, ему вовек не сбросить шкуру чудовища.
Хуже того: если тигр вкусит человечины, он перерождается в свирепого людоеда, и Маги оскверняет его естество. Души съеденных людей навечно привязываются к его телу, становясь злобными духами-чанги.
А Иоль — куда страшнее обычного людоеда. Чтобы стать им, нужно пожрать сотни смертных… и собственного владыку-духа, которому служил!
— Впрочем, так даже лучше, — пророкотал Кым Хон, капая слюной с длинного языка. — Скоро Владыки Земного Царства ступят на эти земли. А мне как раз не хватало сил для решающего скачка. Пожру тебя прямо сейчас — и встречу их во всеоружии!
— …
Глаза черного зверя налились кровью. Лицо Ку Чжо исказилось от нестерпимой боли.
Проклятье… Даже Сангун пал во тьму и стал демоном.
Неужели этот мир и вправду окончательно принадлежит им?..
Шурх.
Не в силах сдержать скорбь, Ку Чжо вскинул широкие рукава. От его пальцев взметнулась мерцающая серебристая Ци, окутавшая все его естество сияющим покровом.
— Что ж… Раз ты окончательно пал, я не имею права отступить! Я пресеку твои злодеяния и упокою души тех, кого ты растерзал!
Огласив лес боевым кличем, старец метнулся вперед, подобно молнии. Кым Хон выпрямился во весь исполинский рост и с размаху обрушил на него тяжелую лапу.
Грохот!
Взрывная волна чудовищной силы прокатилась по поляне, сметая все на своем пути.
— А-а-а!
Оказавшихся рядом разбойников разорвало в клочья в первое же мгновение.
Вжих!
Кым Хон даже глазом не моргнул — его вторая лапа с чудовищным свистом рассекла воздух.
Хрясь!
— Кха-а!
Черному зверю было плевать на людей, но Ку Чжо не мог бросить смертных на произвол судьбы. В этом и крылась роковая разница.
Часть своей силы старец потратил на то, чтобы прикрыть барьером крестьян, и расплата последовала мгновенно: пять глубоких борозд от когтей вспороли его грудь.
— Жалкий глупец! Вы, небесные выродки, все одинаковы!
— …!
Кым Хон издевательски захохотал, сотрясая окрестности громовым рыком.
Р-р-ра-а-а!
Мощь Сангуна, обратившегося демоном, многократно превосходила силу ослабленного божества.
Острые клыки впились в плечо духа, бритвенно-острые когти рвали плоть. Тело Ку Чжо стремительно покрывалось кровавыми ранами.
Сражайся он в полную силу, не заботясь ни о чем, он сумел бы одолеть чудовище. Но он не мог оставить невинных. Ради чего еще он остался в этом гибнущем мире смертных, отказавшись бежать на Небеса?!
— Ха-а-ап!
«Пусть я сгину здесь, но спасу их!»
Собрав последние крохи энергии, Ку Чжо толкнул обе ладони вперед.
Бу-ум!
Божественная сила старца обратилась свирепым вихрем, сметающим все на пути к черному зверю.
«Сначала отбросить его назад, а затем увести людей в безопасное место…»
— …?!
В то же мгновение тигр с невероятной ловкостью уклонился от ураганного порыва и взмыл в воздух, целясь прямо в испуганных крестьян за спиной старика.
— Нет! Стой!
В панике Ку Чжо бросился наперерез, и в тот же миг на морде зверя мелькнула холодная, торжествующая усмешка.
На лету тигр резко сменил направление. Словно заранее зная каждый шаг духа, он взмахнул когтистой лапой с силой, способной расколоть саму твердь.
Хруст!
Ку Чжо с чудовищной силой впечатался в землю. Старик задыхался, не в силах даже подняться на ноги.
— Кхе-кхе-кхе… До чего же вы все предсказуемы.
—?..
— Мой прежний хозяин был точь-в-точь таким же. Он тоже сдох, пытаясь защитить никчемных людишек.
Услышав это, Ку Чжо до скрежета сжал зубы.
«Приманка… Он намеренно использовал людей как наживку, зная, что я брошусь на защиту?!»
— Смотрю, ты уже и пошевелиться не можешь.
— …
— Впрочем, у всякой трапезы есть свой порядок. Самое сладкое принято смаковать не спеша.
— Сволочь… не смей!..
Ку Чжо в отчаянии протянул дрожащую руку к тигру, который неторопливо развернулся к съежившимся крестьянам.
Но сил больше не осталось. Все его тело превратилось в сплошное кровавое месиво.
И в этот миг…
Вспыхнул ослепительный, кристально чистый свет, на миг заставивший мир побелеть.
— Ах ты ублюдок!
Решив, что это последняя отчаянная уловка умирающего духа, тигр прыгнул туда, где стояли смертные, яростно полосуя когтями воздух.
Вот только когти не встретили сопротивления. Он рассек пустоту.
Кр-р-р-рах!
Деревья вокруг трещали и валились, а ослепительное сияние растаяло без следа, словно наваждение.
И чуть поодаль, рядом со спасенными крестьянами, объявился незнакомец в белоснежных, как свежий снег, одеяниях.
—?..
Его длинные распущенные волосы плавно колыхались на ветру.
Кым Хон опешил.
«Это не сила старика… Другое божество? Нет…»
В руках незнакомец держал обыкновенную сучковатую дубину, срезанную с ветви дерева, а на вид ему было не больше двадцати лет.
Будь он посланником Небес, он явился бы в облике почтенного седовласого старца с бородой — таков был нерушимый порядок небесных владык.
Более того, от него не исходило ни капли силы. Ни божественной Сонги, ни демонической Маги — вообще ничего.
Как такое возможно? Как смертный мог уклониться от его молниеносного выпада?
Кым Хон оскалился, вперив в пришельца свирепый взгляд. Молодой человек лениво закинул палку на плечо, повернул голову и равнодушно посмотрел на гигантского зверя.
А затем искренне удивился:
— Это еще что за драный кошак?
— …
И Кым Хон, и распластанный на земле Ку Чжо онемели, не веря собственным ушам.
— А, виноват. Это что, собака?
Человек почесал затылок и широко ухмыльнулся.
То был Чжинму, только что ступивший на землю Мира Смертных.
Загружаем комментарии…