На его лице играла лишь безмятежная, яркая улыбка.
Но дело было не только в этом. Стоя посреди орды нечисти, он сохранял абсолютное, поистине невозмутимое спокойствие.
И это при том, что прямо над его головой с громоподобным рокотом кружился Ёый, а Золотой Тигр, яростно рыча, вонзал острые когти в землю, готовясь к броску.
Чжинму вовсе не чувствовал угрозы.
Скрестив ноги и упершись обеими руками в ветвь Священного Древа, словно в дорожную трость, он разглядывал демонов так, будто повстречал старых добрых друзей.
— Разве ты не сдох?
— Жизнь у меня больно цепкая. Какая там уже по счету — третья или четвертая?
— ...
Глядя на лукаво прищурившегося и ухмыляющегося Чжинму, Хёпби наконец всё понял.
Тот, кто уничтожил Кю-са, снявшего вассальную печать... стоял прямо перед ним.
Поколебавшись мгновение, Демонический Царь повелительно махнул рукой.
[Отступить.]
Демоны, хоть и были озадачены мысленным приказом, послушно подались назад, держась на почтительном расстоянии.
Какой толк бросать их в бой, если погиб даже повелитель, высвободивший всю полноту своей истинной монструозной формы? Это лишь бессмысленная трата сил.
В свое время этот человек уже превратил в руины гордость Досанока — Лес Клинков. Было очевидно: бросься на него низшая нечисть скопом, исход не изменится.
Но кое-что не давало Хёпби покоя.
Как он выжил? Мать Призраков твердила, что этот наглец сгинул без следа, распыленный вместе со сгустком первородного пламени.
И что это за странная аура исходит от него? Сила столь подавляющая, что тело трепещет, несмотря на исходящее от нее тепло...
— Значит, это ты испепелил Кю-са?
— В точку.
— ...Вот оно как.
Лицо Хёпби исказилось от неприязни.
— Между нами не было кровной вражды.
— Ась?..
— Я же предупреждал его по-хорошему: не обнажай клинок у водоема Хэгеомчжи. А он что натворил?
— И только ради этого?..
— Ах ты, образина рогатая!
— ...
— «Только ради этого»?! Да ты хоть представляешь, как взбесились наши даосы?! Честь ордена превыше жизни!
Хёпби невольно вздрогнул, опешив от яростного вопля Чжинму, так бурно выражавшего свои чувства.
— Я... оговорился. Не думал, что для тебя это настолько важно...
— Еще бы, черт подери!
— ...
Чжинму мгновенно остыл, и на его лицо вернулось спокойствие, словно он и не орал секунду назад.
Хёпби потер занывшую от изумления грудь и уставился на даоса.
Что за невыносимый эгоист? Говорят, он прожил четыре жизни... У него что, в голове уживается десяток разных личностей?
От этой непредсказуемости становилось не по себе, но первостепенной задачей оставалось выяснить истинную природу силы Чжинму. Нужно как-то выудить из него правду...
— Не думал, что ты так цепляешься за прошлое. Надо же, вспомнил о традициях Удана.
— Увы, от старых привычек не так-то просто избавиться. К тому же, если подумать, этот недоумок Кю-са явно напрашивался на взбучку.
— Что?
— Взялся тиранить сопляков! Слыханное ли дело? Я за ними, между прочим, в самое Земное Царство спускался, все круги ада прошел, чтобы спасти... Тьфу! Как вспомню — кулаки чешутся, ублюдок эдакий.
— Да уж... непоправимая ошибка с его стороны, — торопливо поддакнул Хёпби, пытаясь умаслить собеседника.
Будь проклято его расщепление разума!
По сравнению с их прошлой встречей в Чигё этот тип казался совершенно другим существом. Тогда он тоже отличался бесстыдной уверенностью, но чтобы перепады настроения были настолько дикими?..
— Но, кажется, ты снова изменился? Обрел какую-то новую силу?
— ...А-а, ты об этом.
Хёпби затаил дыхание с блеском в глазах, однако Чжинму лишь хитро прищурился, не спеша с ответом.
«Ишь, щенок. Чего это он так усердно вынюхивает?»
— Ну, скорее не обрел нечто новое... а окончательно осознал то, что дремало во мне с самого начала.
— И что же это?
— Не суй нос не в свое дело. Даже если разжую, все равно не уразумеешь.
«Да и с какой стати мне распинаться перед врагом, мразь узколобая?»
Чжинму, до того ехидно ухмылявшийся, внезапно посерьезнел.
— Слушай, а ты что, один приперся?
— ...
Чжинму нарочито картинно огляделся по сторонам и пожал плечами.
— Как-то не похоже на торжественный караул. Сам-то сдюжишь?
— ...Ну...
В глазах Демонического Царя промелькнуло замешательство. Чжинму негромко цокнул языком.
Он лишь хотел поддеть демона, но...
Внезапно взгляд Чжинму прояснился.
«Погодите-ка. Если вспомнить... он спросил: "Разве ты не сдох?"»
Когда Хёпби только увидел его, на лице владыки Досанока отразился неподдельный шок. Почему?
Разве Мать Призраков не видит и не слышит всё вокруг через духовную связь со своими вассалами? Если так, она должна была наблюдать за гибелью Кю-са его собственными глазами...
И тут в голове Чжинму щелкнуло.
«Неужели... эта ведьма ничего не знает?»
На губах даоса расплылась холодная улыбка.
Интуиция забила в набат. Волоски на затылке встали дыбом от сладкого предвкушения. Здесь определенно что-то кроется!
Шестеренки в голове Чжинму завертелись с бешеной скоростью, точно мельничное колесо в бурный паводок.
Если бы Гвимо видела его через Кю-са, отправлять одного Хёпби не имело никакого смысла. Узрев, как новоиспеченного владыку Пак Пи-ока забили насмерть, невзирая на снятую вассальную печать, Мать Призраков неизбежно задалась бы вопросом о природе этой мощи и трости в его руках. В таком случае она выслала бы как минимум двоих Царей, как тогда, во время похода в Ад.
А раз Хёпби явился в одиночку... значит, она понятия не имеет о возвращении Чжинму! Иными словами, ее абсолютная власть духовного взора по какой-то причине дала сбой.
«Хм...»
Нельзя делать поспешных выводов. Догадке требовалось подтверждение. И идеальный свидетель стоял прямо перед ним.
— Ты ведь просто пришел проверить, кто прикончил Кю-са, верно?
— ...
Закинув наживку, Чжинму впился взглядом в лицо собеседника, подобно терпеливому рыболову.
Реакция оказалась мимолетной, едва уловимой, но... этот рогатый болван был слишком прямодушен.
«Бинго!»
Удар пришелся прямо в яблочко.
— Хе-хе, ну точно. Так оно и есть.
— ...?
Когда Чжинму зловеще расхохотался, Хёпби окончательно сбился с толку.
Но даосу было уже плевать. Главное — по какой-то неведомой причине Мать Призраков слепа к происходящему в Мире Смертных!
Недаром говорят: кто владеет сведениями, владеет миром. Разница между знанием и неведением порой определяет исход всей войны.
«Посмотрим... как бы извлечь из этого максимальную выгоду?»
Словно текучая вода, из глубин души Чжинму поднялась одна из его истинных сущностей. Беспощадный, коварный Владыка Сапэчхона.
— ...
Глаза Хёпби полезли на лоб.
Темперамент Чжинму переменился столь разительно, будто перед ним предстал совершенно иной человек.
Еще мгновение назад он не склонялся ни к богам, ни к демонам, но откуда в нем взялась эта леденящая душу злодейская аура? Присутствие тьмы ощущалось столь отчетливо, что даже чистокровный демон признал бы в нем своего собрата.
«Густая жажда крови... Неужели?..»
— У меня тоже есть к тебе вопрос, — глухо произнес Хёпби.
— Ну и чего тебе?
У Чжинму голова раскалывалась от выстраивания хитроумных планов. Раздраженно махнув рукой, он разрешил продолжать.
Хёпби пристально уставился на него и спросил:
— Ты все еще на стороне Небес?
— ...Чего? — нахмурился Чжинму. — С какого перепугу такой интерес?
— Твоя натура... слишком далека от небесных святош.
Чжинму насмешливо фыркнул, встретив испытующий взгляд демона.
«Оно и понятно».
Все дело в переменах, наступивших после постижения Первозданной Гармонии. В его новой силе не существовало разделения на белое и черное. Порой она казалась порочной и безжалостной, порой — священной и праведной.
Все зависело лишь от намерений и поступков. Точно так же, как и у обычных смертных людей.
— Слушай, рогатый. А если я скажу «нет», предложишь союз?
— ...
— Ладно, открою секрет: я не пляшу под дудку Небес, но и вам не союзник.
— Что это значит?
— Считай меня... посредником.
— Посредником?
— Ага. Сам не понял, как угодил на эту дурацкую должность...
— И что ты намерен делать?
— Уладить драку между Небесами и Адом.
— ...Хочешь нас остановить?
— Сдались вы мне! Махайтесь сколько влезет, мне до вашей грызни дела нет.
— ...?
— Вот только с давних пор есть одна вещь, от которой меня буквально воротит.
Взгляд Чжинму, устремленный на Хёпби, оледенел.
— В Мире Смертных здешний Мурим тоже делился на Чонпа и Сапа. По сути, мир людей всегда был миниатюрным слепком Трех Миров.
Хёпби молча слушал.
— Праведники и грешники идут разными дорогами. Наивные глупцы верили, будто злодеев можно наставить на путь истинный нравоучениями, но я никогда в эту чушь не верил. Так оно и вышло.
— ...
— Можно заключить перемирие на время. Но какой в этом толк, если мысли идут параллельными путями? Рано или поздно бойня вспыхнет вновь.
— ...
— Впрочем, плевать. Глядеть на чужие потасовки — одно из моих любимых развлечений. Иногда я и сам не прочь подлить масла в огонь. Но есть грань: те, кто не имеют к этой вражде никакого отношения, страдать не должны.
— К чему ты клонишь?
— К тому, что сейчас происходит то же самое. С какой стати Мир Смертных должен истекать кровью из-за того, что Небеса и Ад решили помериться силами?!
Хёпби вгляделся в лицо даоса, столь спокойно излагавшего свои мысли, и прищурился:
— Выходит... ты решил защищать смертных?
— Соображаешь.
Чжинму невозмутимо кивнул, и Демонический Царь не сдержал презрительного смешка.
Всему есть предел — даже человеческому высокомерию.
«Признаю, ты силен. Именно поэтому я не бросился в атаку сразу».
Однако за спиной Чжинму стояла лишь горстка духов, обосновавшихся на горе Удан. Неужели он всерьез рассчитывает бросить вызов целому миру с такими жалкими силами?
— Смешно.
— Ась?
— Одной уверенности мало. Неужели ты думаешь, что выстоишь без помощи Небесного Царства?
Несмотря на откровенную насмешку, Чжинму и бровью не повел.
— Выстою ли? Знаешь, я никогда не забивал себе голову подобными вопросами.
— Что?
— Раз я так решил — значит, сделаю.
— ...
— Таков мой путь. И я ни разу ему не изменил.
— Ты безумец. Надеяться остановить армию тьмы силами кучки бесполезных призраков...
— И кто тут бесполезный?
— Сейчас тебе может везти. Но когда якоря Земного Царства окончательно закрепятся в мире смертных, сюда снизойдут остальные Демонические Цары. Думаешь, сможешь одолеть их всех в одиночку?
— ...
Чжинму прекрасно понимал правду этих слов.
Да, сейчас он вооружил своих соратников мечами из ветвей Божественного Древа, но противостоять всей мощи Преисподней они не смогут. Сколь бы гениальна ни была тактика Чок Сэна, как бы яростно ни сражались подчиненные — численный перевес сомнет их. Рано или поздно без поддержки Небес не обойтись.
Вот только склонять голову перед высокомерными небожителями, без капли жалости бросившими смертных на растерзание, не хотелось ни капли.
Но как иначе переломить ход войны?..
И в этот миг в голове Чжинму вспыхнула безумная, дерзкая мысль.
Око Матери Призраков слепо. А его собственная Первозданная Гармония объемлет как божественную ци, так и демоническую ману.
Следовательно... она способна пересилить оковы Гвимо!
Перед ним стоял Демонический Царь, а вокруг толпились сотни тварей.
«Если все провернуть как надо... не решит ли это проблему с нехваткой бойцов?»
Чжинму хищно осклабился и полез за пазуху.
Глаза Хёпби полезли на лоб:
— Это же...
— Сам не ожидал, что эта штука мне пригодится, — усмехнулся Чжинму.
В его руке блеснул Сэрю — демонический кинжал, служивший артефактом Кю-са. Клинок, обладавший силой подчинять чужой разум. В свое время Чжинму уже использовал мантру заклинателя Чо Ыма, поэтому сохранил артефакт на всякий случай.
— Ты... что ты задумал?!
— Да так, любопытство одолело.
Сверкнув предвкушающим взглядом, Чжинму поманил Демонического Царя пальцем.
«А ну-ка, подойди ближе, рогатый. Давай проверим... сработает ли моя задумка? Иди сюда, говорю. Ну же!»
Загружаем комментарии…