— Т-ты, ублюдок... Как?!
Глаза Хончхона полезли на лоб.
Этот наглый, невыносимый мерзавец стоял перед ними с таким видом, словно единолично правил всем сущим.
— ...Ты жив?
— ...?
Даже Уюн мелко задрожал.
И дело было не только в безумном блеске его глаз — у него подрагивали кончики пальцев от дикого, пьянящего возбуждения.
Акгу, никогда прежде не видевший Чжинму, ошеломленно переводил взгляд с одного царя на другого.
«Кто этот тип?!»
— Чжинму!
— ...?!
Все демоны, ворвавшиеся в барьер, исчезли за долю секунды, и растерянный крик Мён Чжина тут же развеял сомнения Акгу.
«Чжинму? Да как такое возможно?! Разве Мать не говорила, что безумец, перевернувший Земное Царство вверх дном, сгинул при разрушении мира? Он жив?.. Что здесь вообще творится?!»
И главное — что это была за чудовищная мощь мгновение назад?
Акгу ошарашенно огляделся.
Ни один демон, переступивший черту барьера, не выжил.
Абсолютное, мгновенное уничтожение.
На такое не были способны даже высшие демонические цари, поглотившие своих слуг...
Пока Акгу пребывал в глубоком шоке, Чжинму уже шагал навстречу защитникам горы.
— Наставник!
— Ч-что?..
— Вы целы? Не ранены нигде?!
— ...А? Да, в порядке я.
Едва приблизившись, Мён Чжин неловко улыбнулся под пристальным, полным тревоги взглядом Чжинму, который бесцеремонно ощупывал его плечи и руки.
— В порядке, говорите?! И какого черта вы забыли в первых рядах, вместо того чтобы сидеть в главном дворце?! Небеса прислали целую толпу дармоедов на подмогу! И где, мать его, носит этого нищего Ян Со Бана?!
— Он... охраняет небесный проход во дворце наверху.
— Что-о-о?! Этот старый бродяга совсем страх потерял?! Что там такого важного в этом чертовом проходе?!
— Чжинму, дело не в нем. Просто я не мог оставить Удан на растерзание чужакам...
Мён Чжин попытался успокоить ученика, но на разъяренного Чжинму эти уговоры не действовали.
— Какой к черту Удан?! Вы уже вознеслись на Небеса и обрели бессмертие, зачем вам держаться за эти камни?!
— Но ведь...
— Никаких «но»! У вас и так слабое здоровье, что, если вас продует на этом ледяном ветру?!
— ...
— Тьфу, стоит отвернуться хоть на секунду, как вы находите неприятности на свою голову! Придется привязать вас к себе и таскать на закорках!
От причитаний Чжинму, отчитывавшего его словно неразумное дитя, Мён Чжин окончательно стушевался.
«Ученик, твоя забота переходит всякие границы... Я, конечно, ценю твою тревогу, но все же...»
— Кстати!
— А?
Чжинму внезапно прищурился, и Мён Чжин внутренне подобрался.
Конечно, руку на собственного наставника ученик бы не поднял, но память о том, как Чжинму пинками запускал в небеса Ян Со Бана, была еще слишком свежа.
— Чжинму, я уже не тот немощный старик из прошлого. Мое тело полно сил и...
— Да я не об этом!
— А? О чем тогда?
— Вы правда дали согласие?!
— ...А? На что согласие?
Мён Чжин недоуменно захлопал глазами, совершенно сбитый с толку внезапным вопросом.
— На что?! На свадьбу с Се Рён!
— ...А-а!
— Что «а-а»?! Вы правда разрешили эту дичь?!
— Ну, видишь ли...
— Да вы с ума сошли! Я был мертв, какая еще загробная свадьба?! Что за чушь собачья?!
— Но она... она так искренне страдала. И проявила такое почтение к старейшинам ордена...
— Искренне?! Почтение?!
— ...
— Наставник, вы всю жизнь провели в монастыре, соблюдая даосские обеты, и за женскую руку в жизни не держались! Что вы вообще понимаете в свадьбах?! Решили отмахнуться, раз дело не ваше?! А?!
Мён Чжин внезапно оказался в роли неотесанного холостяка, не смыслящего в делах сердечных, и крыть ему было решительно нечем. Словно набрав в рот меда, старый даос лишь обиженно поджал губы.
Что тут скажешь? Все это — карма, порожденная его собственными деяниями... Бесконечная благодать Будды, да помилуют его Небеса.
— Генерал Ду!
— ...?
Спасением для впавшего в краску Мён Чжина стал не кто иной, как Пхэк Ян.
— А? Пхэк Ян? Ты-то что здесь забыл?
— Ха-ха, только заметили?
— Извини, был слишком занят беспокойством за Наставника.
Пхэк Ян усмехнулся ответу, в котором не чувствовалось ни капли раскаяния.
Что ж, его невыносимый характер ни капли не изменился за прошедшие века.
— Но почему «генерал»? Чхон Сан говорил, что ты занял мое место?
— Это было временно.
— Чего?
— Раз Генерал Ду вернулся, мы должны вернуться на свои прежние посты.
— ...
Чжинму лишь покачал головой.
В прежние времена так бы оно и было. Но теперь расстановка сил в трех мирах изменилась бесповоротно.
— Пхэк Ян.
— Слушаю, Генерал Ду.
— Я больше не служу Небесному Царству.
— Что?..
— Проще говоря, теперь я на одном уровне с Нефритовым Императором и этой вашей Матерью Призраков...
— Что вы сказали?!
— А Наставник разве не рассказал?
— О чем вы?
— Странно. Обычно, если дело касается моих успехов, Наставник готов трепаться об этом круглые сутки напролет без передышки.
Чжинму озадаченно склонил голову, а щеки Мён Чжина залились густым румянцем.
— Чжинму! Твой наставник вовсе не такой хвастун!
— ...
— Хотя... ты ведь говоришь чистую правду. Да, мне даже стыдно, что я промолчал.
Чжинму весело хмыкнул, глядя на надувшегося старика, и ободряюще хлопнул Пхэк Яна по плечу:
— ...Вот такие дела. Если Наставник не успел похвастаться, значит, были причины. Разговор долгий, так что обсудим это после того, как я разберусь с этими отродьями.
— Слушаюсь...
Пхэк Ян ответил на автомате, но в голове его царил полный кавардак. На одном уровне с владыками Небес и Ада?!
Впрочем, Чжинму никогда не бросал слов на ветер. Решив разобраться с этим позже, исполинский генерал перехватил секиру и встал плечом к плечу с Чжинму.
— Ты чего встал?
— Как что? Я помогу в бою.
— Зачем?
— А? Ну так... впереди же демонические цари...
— Не нужно.
— ...Что?
— Всего-то трое недобитков. Скоро подтянутся остальные наши, так что ваша задача — следить, чтобы мелкая шваль не лезла на склоны.
— ...Что вы сказали?
Пхэк Ян ошарашенно переспрашивал, не веря собственным ушам.
Эти трое... недобитки?!
Он что, всерьез собирается драться с тремя демоническими владыками в одиночку?!
Конечно, Мён Чжин успел прожужжать ему все уши о подвигах Чжинму. Рассказы старейшины звучали как древние мифы, полные такого пафоса, что трудно было поверить хоть единому слову.
Исчезновение двух царей демонов, вторгшихся на Удан... Поход в глубины преисподней, чтобы запечатать врата...
Но даже если он столь могуч, речь шла о битвах один на один!
— Генерал Ду! Каковы бы ни были ваши силы, трое владык разом...
— О, а вот и молодежь подоспела.
— ...?
Проследив за взглядом Чжинму, Пхэк Ян увидел группу воинов, что клином врубались в ряды окруживших гору демонов.
— Сдохните, уродливые твари! Биса, мочи их!
— Слушаюсь!
Вжик!
Впереди всех неслась Дан Се Рён в сопровождении Бисы. Осыпая врагов золотым сиянием меча Луны на Воде — Сувольдо, она прорубала кровавую просеку в рядах нечисти.
— Прочь с дороги, мерзкие выродки!
Вспышка!
За ее спиной призрачным маревом соткались тысячи рук, являя священные реликвии Парадиза, что сметали демонов целыми сотнями.
— Всем лежать, уроды! А-ха-ха-ха-ха!
— ...
Настоящая безумная фурия.
Но, надо признать, чертовски полезная фурия.
Следом за Дан Се Рён шел Чхон Сан. Разя демонов алым клинком Зачунг, он добивал выживших филигранными взмахами Меча Гармонии Великого Предела — Тэгык Чжохвагом. За ним следовали Чхон У, Пять Королей Сапа и прочие бессмертные духи, зачищая коридор от остатков вражеских сил.
Отважные герои, вернувшиеся на Удан после того, как помогли Чжинму усмирить нечисть в Мире Смертных.
— Я займусь царями, а вы приглядывайте за ними и за горой. Не позволяйте тварям даже поцарапать камни Удана! Усек? А если пропустите хоть одного... сам знаешь, что будет.
— Генерал Ду!
Пхэк Ян метнулся вперед, пытаясь удержать его за плечо, но пальцы схватили лишь пустой воздух.
— Черт... Как быстро?!
Генерал онемел от изумления.
Чжинму, только что стоявший перед ним, уже находился далеко за пределами защитного барьера.
— Проклятье! Божественные стражи, за мной! — взревел Пхэк Ян, обращаясь к небесному воинству.
Выбора не оставалось, приказ был ясен.
«Если пропустите хоть одного... сам знаешь, что будет».
Как ему было не знать? Он прослужил под началом этого монстра почти десять тысяч лет.
— Давно не виделись.
— Хм...
Уюн — вернее, Пукри До Чхон — недовольно поморщился, глядя на Чжинму, который небрежно помахал ему рукой с широкой ухмылкой на лице.
«Слишком расслаблен...»
Битва между ордой демонов и защитниками Удана вспыхнула с новой силой, однако здесь, перед тремя владыками, время словно застыло в отдельном измерении.
Цари демонов не двигались с места все это время лишь потому, что появление Чжинму повергло их в ступор.
И его недавнее перемещение...
«Ветер?»
Казалось, пронеслось лишь невидимое дуновение воздуха — и Чжинму уже стоял прямо перед ними.
Никто из них не упустил бы движения врага, но этот человек преодолел разделявшее их пространство в долю мгновения, будто разорвав ткань мироздания...
— Проклятье... Ты стал еще сильнее.
— Есть немного.
— ...
Слова Пукри До Чхона прозвучали свинцово-тяжело, а ответ Чжинму — до оскорбительного легкомысленно.
— Но чего ты такой кислый? У тебя на роже написано, что ты готов лопнуть от восторга.
— Именно так. Настолько, что я готов вцепиться тебе в глотку прямо сейчас.
Пукри До Чхон даже не думал отпираться.
Осознание чудовищной силы Чжинму заставляло его тело мелко подрагивать.
Баланс Инь и Ян, Небеса и Земля... Плевать на все это. Его охватил пьянящий, обжигающий трепет: в голове пульсировала единственная мысль — сойтись с Чжинму в битве насмерть.
Поставить на кон саму жизнь...
— Кхе, в этом весь ты.
— ...
— Ну так что, вы втроем навалитесь?
— Хм...
В голосе Пукри До Чхона проскользнуло сомнение.
Как он мог разделить столь изысканное блюдо с кем-то еще?
— Гордость не позволит мне драться сворой.
— А в одиночку пупок не развяжется?
— Не узнаю, пока не попробую.
— Ладно, одобряю. Другого от тебя и не ждал.
Чжинму усмехнулся и перевел взгляд на Акгу и Хончхона:
— Значит, остались вы двое.
— ...Что?
— Он сказал, что хочет сдохнуть в гордом одиночестве.
— ...
При этих словах Акгу и Хончхон возмущенно уставились на Пукри До Чхона.
Как бы ни взывала гордость к тому, что трем царям претит объединяться против одного врага, идиотами они не были.
Двух показанных Чжинму приемов хватило с головой, чтобы оценить его уровень. Испепелить армию одним ударом и преодолеть расстояние в мгновение ока — ни один из них не был уверен, что способен повторить подобное.
— Уюн! Что за собачью чушь ты несешь?!
Пукри До Чхон холодно бросил в ответ истошно вопящему Хончхону:
— Хончхон.
— ...?
— Разве не ты орал, что лично разорвешь Чжинму на куски?
— Что?!
— Разве не ты требовал, чтобы я не смел вмешиваться?
— ...Это было до...
— Ну так радуйся, твой час настал. Я не стану лезть в бой, как и обещал.
— Ах ты ублюдок!
Лицо Хончхона перекосило от бессильной ярости.
— Уюн! Ты смеешь нарушать прямой приказ Матери?!
— ...
Не обращая внимания на ядовитый оскал Хончхона, Пукри До Чхон отступил на шаг назад:
— Я не из тех, кто слепо подчиняется чьим-то приказам.
— Что ты вякнул?!
— Вы пресмыкались перед Гвимо, почитая ее госпожой. А я всегда видел в ней лишь противника, которого однажды превзойду.
— ...
— Я подчинялся ее воле лишь потому, что пока не мог сокрушить ее мощь силой, а вовсе не из собачьей преданности.
— Ах ты неблагодарная тварь!
— К тому же здесь я не чувствую ее железной хватки.
— Заткнись! Думаешь, Мать простит тебе такое предательство?!
— Простит? Ну... Об этом стоит беспокоиться лишь в том случае, если мы вообще переживем встречу с этим чудовищем. Ты или я.
— ...!
Пукри До Чхон сделал еще шаг назад.
А Чжинму тем временем подошел вплотную, сократив дистанцию куда быстрее, чем отступал бывший владыка Культа.
— До чего же вы, уроды, нудные... Какого черта вы жметесь друг к другу, как испуганные девки? Драться будем или языками чесать?
— ...
— Что молчите? Будете вы драться или нет — исход один: вы оба сегодня сдохнете. Хончхон... или правильнее звать тебя Хан Му Хва? Помнишь нашу последнюю встречу?
Чжинму зловеще осклабился и с хрустом размял костяшки пальцев.
Хрусть, хрусть.
— ...
Этот оскал...
Хончхона прошиб холодный пот, когда глубинные инстинкты воскресили похороненные кошмары.
Хищно блеснувшие клыки, ледяной, насмешливый взгляд.
И то, что последовало за этим... чудовищное, беспощадное избиение.
Впрочем, прошли века, и он давно уже не был тем смертным Хан Му Хва.
— Жалкий выродок! Я — Владыка Ледяного Ада! Я — Хончхон!
Бабах!
Абсолютный холод, вырвавшийся из тела Хончхона, мгновенно сковал силуэт Чжинму ледяной коркой.
Кровь застыла в жилах, мышцы одеревенели.
Но длилось это лишь краткий миг. Внезапно из тела Чжинму хлынул чудовищный жар, подобный кипящей магме, сметая морозную стужу без следа.
— Сила принуждения Саты?!
— ...
Это определенно было пламя, принадлежавшее Сате.
Неужели этот безумец поглотил и его демоническую власть?!
Однако Чжинму лишь усмехнулся и покачал головой:
— Не смей сравнивать меня с той жалкой подделкой.
— Что?!
— Это... истинная сила Огня из Пяти Стихий.
— ...Стихия Огня?
— Именно. Просветление пришло само собой, пока я размазывал Сату по земле. Я говорю об источнике первозданной стихии.
— ...
Чжинму плотоядно улыбнулся и поманил Хончхона пальцем:
— Ну давай, иди сюда. Сата подох от воды, потому что был слишком уязвим. Ты, говоришь, изо льда? Что ж... тогда я тебя просто испарю.
Загружаем комментарии…