Чжинму принялся методично разносить Дворец Чрева в клочья, выплескивая силу во все стороны без разбора.
Ба-а-ам! Грохот!
Твердь содрогалась и выворачивалась наизнанку, а небесный свод рвался в лоскуты.
Гвимо осыпала его непрерывным градом атак, но этот паразит изворачивался, словно скользкий вьюн, не пропустив ни единого удара. Бешенство Матери Призраков пробило все мыслимые пределы.
[Ничтожество! Я сотру тебя в порошок!]
Подпитываемая ее яростью, земля ощетинилась частоколом острых пик и взмыла ввысь, а ветер обратился в исполинские лезвия, с воем устремившиеся к Чжинму.
— Каменные копья? Ха! Разве все это не твое собственное тело?! Мне нужно лишь крушить его! Ха-а-ап!
Теперь Чжинму разбивал в щепки сами ее атаки.
Земля под его ногами шла паутиной глубоких разломов, а скалы, по которым он наносил удары, мгновенно стирались в песок.
Хрусть! Бабах!
Крушить, ломать и уничтожать снова и снова…
— Что он вообще творит? На что, по-вашему, похожи действия господина Чжинму?
— …
Кым Хон, наблюдавший за этим светопреставлением издалека, озадаченно моргнул, но выражения на лицах Ёыя и Пукри До Чхона были ничуть не лучше.
На что это похоже?
Ну…
На запертого в комнате пса, который отчаянно хочет на прогулку и потому в слепом бешенстве крушит всю мебель? Или на оставленного без присмотра избалованного сорванца, который из чистого любопытства разносит дом вверх дном?
Короче говоря — бессмысленный погром ради чистейшего, незамутненного веселья. Даже среди базарных головорезов было трудно сыскать столь отпетого отморозка.
— Ха-ха-ха-ха-ха!
И чего он, спрашивается, так веселится?
Одно было ясно наверняка: вся злость, копившаяся на сердце этого психа, сейчас испарялась без следа.
Однако, вопреки их мыслям, сам Чжинму был изрядно раздражен.
«Да почему эта чертова утроба такая огромная?!»
Сколько вечностей уйдет на то, чтобы переломать здесь все?!
Это была бессмысленная война на истощение. Так продолжаться не могло.
Даже если он будет колотить по земле и рвать пространство на протяжении целых кальп, этому не будет конца.
Гвимо твердила, что Земное Царство — это она сама. И Чжинму поначалу поверил.
Однако во время погрома он осознал кое-что важное: у нее должно быть отдельное, подлинное духовное ядро.
Иначе почему ее реакция на разрушения была столь поверхностной?
Если подумать, его первоначальный вывод был ошибочным.
Будь она самим миром в буквальном смысле, с каждым разрушением и возрождением Чигё она должна была бы проходить через циклы смерти и перерождения. Каждое изменение материи отражалось бы на ней.
Но этого не происходило.
И тут Чжинму осенило.
«Неужели эта карга просто ассимилировала свое духовное тело с исполинским пространством Земного Царства?»
Если ее истинное ядро существует отдельно, то границы этого мира — не более чем сверхплотный защитный барьер, толстая броня.
Но как до него добраться?
Ее аура рассеяна повсюду, точное местоположение определить невозможно, а атаки сыплются со всех сторон без передышки.
К тому же демоническая мощь, вложенная в каждый выпад, была настолько сокрушительной, что пропусти он прямой удар — и даже его тело вряд ли выдержит отдачу.
Нужен один-единственный удар.
Собрать всю мощь в одну точку и сотрясти сами основы этого барьера, в котором прячется старая ведьма. Стоит пробить броню — и истинная суть Матери Призраков вылезет наружу.
Но времени не было… Атаки продолжали сыпаться градом, как вдруг…
«А?»
Уворачиваясь от очередного каменного лезвия, Чжинму краем глаза зацепил троих бездельников, тупо хлопавших глазами вдалеке.
Два божественных зверя и Пукри До Чхон.
В голове Чжинму моментально созрел коварный план.
Вжих!
Оттолкнувшись от воздуха, Чжинму в мгновение ока подлетел к троице.
— Эй вы!
— …А?
— Что?
Все трое ошарашенно склонили головы набок, глядя на внезапно возникшего перед ними даоса.
— Не видите, я тут из последних сил сражаюсь?! Вы что, просто так зенки пялить будете?! А ну живо помогать!
— …
Орать на них с претензиями, хотя он сам ни о чем не просил секунду назад…
Впрочем, зная его ублюдочный характер, удивляться не приходилось. Но как именно они должны были помочь?
Видя их вытянувшиеся лица, Чжинму раздраженно скривился и рявкнул:
— Крушите все, до чего дотянутся ваши лапы!
— Крушить?
— Да! Представьте, что сносите старый сарай, и разносите тут все к чертям собачьим!
Увернувшись прямо в воздухе от пары летящих в него теневых копий, Чжинму скомандовал снова:
— Я беру на себя север! До Чхон — на юг! Кым Хон — на восток! Ёый — на запад! Ломайте!
— …
Это было сущее безумие.
Казалось, он и так уже разрушил здесь все, что только можно, что еще ломать-то?!
— Чего застыли?! Шевелитесь, мать вашу!
— А-а-а, слушаюсь!
Даже на расстоянии было видно, как наливаются кровью бешеные глаза Чжинму. Вздрогнув всем телом, троица брызнула в разные стороны.
Пришлось крушить.
Землю, камни, да хоть отдельные песчинки — лишь бы ломать!
[Ах вы, ничтожества!..]
Оттого что масштабы разрушений внезапно увеличились вчетверо, Мать Призраков на мгновение растерялась.
Тут и один прыгал, как бешеный кузнечик, а теперь еще и эти блохи принялись плясать и устраивать беспорядки.
По правде говоря, сами по себе они не представляли для нее угрозы.
Разве могли какие-то духовные звери навредить владычице Ада? Пукри До Чхон, конечно, стал достаточно силен, чтобы уничтожить Сунджо, но и он не был смертельной опасностью.
Их потуги были лишь досадной помехой.
Но Чжинму… С Чжинму все было иначе.
Поддавшись на его ребяческие провокации, она впервые с тех пор, как стала Матерью Призраков, задействовала всю свою мощь.
Слияние духовного тела — абсолютная сила, дарованная ей статусом владычицы.
Однако этот ненормальный, вместо того чтобы испугаться, лишь обрадовался и принялся бесноваться еще пуще прежнего.
Словно избалованный ребенок, которому наскучили игрушки, вырвался на детскую площадку и принялся крушить все подряд.
Ребенок… Если бы.
В прошлом, когда Чжинму в облике бессмертного даоса вторгся в Пак Пи-ок и устроил там резню, она сочла это лишь глупой шуткой.
Однако нынешняя мощь Чжинму наносила ей колоссальный, невосполнимый урон.
А главное — регенерация пространства стала замедляться.
До тех пор пока ее духовное тело цело, границы должны были восстанавливаться мгновенно. Но с определенного момента разрушенные куски перестали затягиваться.
Исчерпан предел исцеления?
Невозможно.
Сколько раз само Чрево разрушалось от ее собственных всплесков силы…
[Проклятье!..]
Она вспомнила, как он пришел за ее головой в Пак Пи-ок.
Тогда это было лишь легким неудобством. Чтобы не тратить время на устранение последствий, она просто отправила Уюна и Хончхона, зная, что в запасе есть сотни и тысячи лет.
И сейчас должно было быть так же.
Какая разница, сколько границ он разрушит?
С самого начала утверждение, что Чигё — это она сама, было правдой лишь наполовину.
Ассимиляция духовного тела.
Земное Царство было ею — и в то же время не было.
Сколько бы этот безумец ни ломал твердь, пока она жива, мир рано или поздно восстановится.
Но все пошло наперекосяк.
То, что творил Чжинму, не было простым физическим разрушением. Сила, которой он обладал, препятствовала возрождению мира.
И причиной тому была сила Первозданной Гармонии, полученная от истока бытия — нечто принципиально иное, нежели обычная божественная или духовная Ци.
Если оставить его без присмотра, Земное Царство будет разрушено до основания, без шанса на восстановление. Она лишится своего абсолютного щита.
И тогда… удар неизбежно придется по ее сокрытому духовному ядру. А что потом?
[Проклятье…]
Она никогда в жизни не задумывалась о смерти.
Она считала себя сущностью, стоящей выше самого понятия конца.
«Что делать?»
Она пыталась урезонить его и подчинить своей воле, но раз он отказался, оставалось одно — убить.
Нет, с самого начала не стоило вести с ним переговоры. Как можно держать при себе того, кто жаждет вонзить нож тебе в спину?
Она снисходительно поглядывала на Пукри До Чхона, когда тот был Уюном, лишь потому, что знала: он никогда не сможет превзойти ее.
Но Чжинму был другим. Сейчас, едва пробудив силу Гармонии, он все еще уступал ей, но, судя по скорости его роста, он превзойдет ее в мгновение ока.
Его нужно уничтожить. Срезать этот росток под корень прямо сейчас.
Вот только как?
О силе Гармонии она узнала только благодаря Чжинму и понятия не имела, как ей противостоять.
Как нейтрализовать этого монстра?
Бабах! Грохот!
Пока она лихорадочно размышляла, хаос вокруг нарастал.
[…]
Охваченная тревогой Гвимо внезапно перевела испепеляющий взор на двух зверей и Пукри До Чхона.
Нервы владычицы были на пределе, и эта троица, крушащая твердь по краям, стала невыносимо раздражать ее, мельтеша перед глазами подобно назойливым мухам.
[Жалкие букашки… Я начну с вас.]
Всего трое.
Не было нужды расправляться с каждым по отдельности. Гвимо высвободила свою силу, намереваясь запечатать и раздавить всех троих одним ударом.
[Сдохните!]
В то же мгновение колоссальная мощь Матери Призраков разделилась.
Хрусь!
Земля вздыбилась, мгновенно заключив Золотого Тигра в гигантскую каменную сферу, а грозовые тучи сжались в непроницаемый кокон вокруг златовласого дракона, готовые разорвать его в клочья.
— А-а-а-а-а!
Пукри До Чхон, придавленный многослойными каменными пластами — точь-в-точь как легендарная Гора Пяти Стихий, пленившая Сунь Укуна, — издал истошный вопль.
Вот и все.
Время, которое они могли продержаться против решившей убить их владычицы Ада, исчислялось долями секунды.
Однако Чжинму ни за что не упустил бы момента, когда давящая на него мощь Гвимо хоть на мгновение ослабла.
— Кхе-кхе, нашла времечко отвести от меня глаза, старая карга?
На губах Чжинму играла не злость на то, что им пренебрегли.
Это был миг, которого он терпеливо ждал все это время.
Он продолжал крушить все вокруг, но был вынужден отбивать сыплющиеся градом атаки, не имея возможности вложить всю силу в один сокрушительный выпад.
Но теперь появилась брешь.
Благодаря тому, что он разогнал троицу на юг, восток и запад, внимание Матери Призраков рассеялось.
Какова бы ни была твоя цель, если вокруг вьются назойливые мухи, ты невольно отмахнешься рукой.
Именно на эту долю секунды Чжинму и рассчитывал.
Брешь затянется мгновенно — ровно за то время, которое требуется, чтобы вернуть занесенную руку назад.
Шанс — штука капризная.
Он приходит лишь к тем, кто полностью готов, но крадется столь неслышно, что его присутствие невозможно уловить. Он исчезает так быстро, что его не поймать, а упустишь — не вернется вовек.
Мало кому удается ухватить его за хвост… Но только не Чжинму!
«Уж я своего шанса не упущу!»
— Ха-а-ап!
Высвободив первозданный дух и развеяв остаточные атаки тьмы вокруг себя, Чжинму влил всю свою мощь без остатка в ветвь Божественного Древа.
Гу-у-ул…
[…?!]
Отвлекшаяся на мгновение Гвимо ощутила чудовищную, первобытную силу и в ужасе устремила взор на Чжинму.
Увидев сияющую ослепительным маревом ветвь в его руках, она в панике сконцентрировала всю оставшуюся волю и обрушила на него шквал атак.
Грохот! Трес-с-ск!
Земля вздыбилась частоколом каменных игл.
Небо обратилось в мириады клинков, обрушившихся вниз сплошной стеной.
Но… было слишком поздно.
Вью-ю-у…
Пальцы Чжинму разжались, и ветвь Божественного Древа плавно взмыла в воздух.
Стиснув зубы, он вложил всю силу своего существа и метнул ветвь прямо в земную твердь.
— Жри, тварь!
С громоподобным ревом ветвь обратилась в разящую молнию и вонзилась в землю.
Ба-а-ам! Трес-с-ск!
Пробитая ветвью твердь вздулась огромным кратером.
Но движение не прекратилось.
Ветвь буравила землю все глубже и глубже, пока не достигла предела вложенного импульса, замерев в самом сердце подземного мира.
Ух… ух…
— Ха-а… ха-а… ха-а…
Тяжелое, рваное дыхание.
Чжинму, потративший колоссальное количество энергии, тяжело хрипел, чувствуя, как силы покидают тело.
[И это… все?!]
Поняв, что ветвь просто ушла глубоко под землю и ничего не произошло, напряженная до предела Мать Призраков издала торжествующий крик.
«Все, говоришь?»
На бледных губах Чжинму проступила слабая ухмылка.
На такой случай у него была припасена одна превосходная техника.
Неважно, прячешься ли ты в глубинах или сама являешься этим миром…
— Искусство Хаоса Темного Дракона: Чхунрён Дэчжичханпха.
Вслед за негромко произнесенными словами ветвь Божественного Древа, погребенная в недрах преисподней, извергла первозданную силу Гармонии.
Хру-у-усь!
Земля заходила ходуном, скручиваясь в чудовищных судорогах.
Сила Гармонии пропитала собой не просто место удара — она хлынула по энергетическим жилам всего Земного Царства, выжигая скверну изнутри и выходя из-под контроля.
А затем… детонировала.
БА-А-А-А-АМ!
[А-А-А-А-А-АХ!]
И тогда…
— Так я и думал… Подлинное тело куда интереснее, не так ли? Гвимо.
Чжинму пробормотал эти слова, хищно оскалив клыки в торжествующей усмешке.
«Наконец-то я тебя нашел».
Загружаем комментарии…