Начнем с одного неоспоримого факта.
Алон практически ничего не знал о «Принимающем молнии Каланоне».
Разве что то, что это божество, которому поклонялось Племя Змеи Грома, а вера в него была государственной религией княжества Лаксибл.
— Приветствуем вас, о Принимающий молнии Каланон.
— Приветствуем вас, о Принимающий молнии Каланон.
Разумеется, Алон не мог взять в толк, почему Сиркал и Дженира обращаются к нему подобным образом.
Сказать по правде, он растерялся настолько, что едва сдерживал рвущийся с языка вопрос: «Принимающий молнии Каланон? Я?..»
— ...Дело в том...
Алон открыл было рот, собираясь все отрицать, но вовремя осекся.
До него вдруг дошло, что складывающееся положение не так уж и плохо.
А если говорить точнее, их заблуждение могло принести ему немалую пользу.
Глядя на двух склонивших головы девушек, Алон мысленно вернулся к недавнему разговору.
«И все же магия маркиза довольно необычна».
«Что именно ты имеешь в виду?»
«...Ну, ее силу. Способ построения заклинания и молекулярная структура остаются прежними, но мощь почему-то неуклонно растет».
«...Ты отчетливо это чувствуешь?»
«Хм, если судить изо дня в день, разница едва заметна. Но если сравнить то, что было два месяца назад, и то, что сейчас — отличие определенно есть».
«...Вот как».
Это был его разговор с Пенией.
Она утверждала, что его магия становится сильнее, хотя структура заклинаний не меняется. Сам же Алон тогда предположил, что причина кроется в накоплении божественного ранга.
Иными словами, если сложить элементы мозаики воедино, эти две девушки и все Племя Змеи Грома приняли его за Принимающего молнии Каланона. И именно благодаря их вере его магия крепла день ото дня.
Разумеется, сам Алон и представить себе не мог, когда, как и в силу какого нелепого недоразумения он умудрился прослыть этим самым Каланоном.
Но если его гипотеза верна и слепая вера Племени Змеи Грома действительно подпитывала его силу, то развенчивать это заблуждение не имело никакого смысла.
«...Конечно, пока это лишь догадки».
Разумеется, во всем, что касалось божественного ранга, ему приходилось действовать вслепую.
Даже с его опытом игры в «Сайкиделию» почерпнуть оттуда полезные сведения было трудно — тема божественности там практически не раскрывалась.
Недолго думая, Алон принял решение.
— ...Не произносите это имя в подобных местах.
Он решил подыграть их заблуждению.
Честно говоря, ему до смерти хотелось расспросить их, с какого перепугу его вообще начали почитать как божество.
Но лучше было не будить лихо, пока оно тихо. Лишние вопросы могли все испортить.
— Простите наше безрассудство, — повинилась Сиркал.
— Мы просто не смогли сдержать чувств, вновь встретив столь великого владыку, — добавила Дженира.
Выслушав их, Алон холодно спросил:
— Так зачем вы пришли ко мне?
— Особой причины нет. Просто великий владыка находится поблизости, и пройти мимо, не засвидетельствовав свое почтение, было бы верхом непочтительности.
Поведение Сиркал разительно отличалось от ее прежней резкости — сейчас она держалась на редкость кротко и уважительно.
«...Короче говоря, просто пришли поздороваться».
В голове Алона завертелся рой вопросов.
Больше всего его занимало то, кем именно Племя Змеи Грома его считает.
«...Они видят во мне реинкарнацию бога? Или самого живого бога во плоти?»
Но чтобы выведать правду и при этом не разрушить их иллюзию, требовалось немалое дипломатическое мастерство.
— ...Как-нибудь в следующий раз я навещу вас.
Подавив любопытство, Алон решил тщательно продумать свои вопросы и позже лично отправиться в княжество Лаксибл, чтобы во всем разобраться.
— Мы будем ждать вас с величайшим нетерпением.
— ...Хорошо.
В памяти вдруг всплыл образ статуи Принимающего молнии Каланона, которую сегодня утром показывала ему королева Сиян.
Та самая, которая, по ее словам, была поразительно похожа на него самого.
«...Так это что, реально был я?»
Скрывая за маской полного безразличия крайнее изумление, Алон направился обратно в свои покои.
Едва Сиркал и Дженира скрылись из виду,
из тени безлюдного коридора бесшумно выступил человек.
Это был король Кармаксес III, который до этого момента прятался за колонной, жадно ловя каждое слово из разговора маркиза Палатио с посланницами княжества Лаксибл.
«Маркиз Палатио... и есть Принимающий молнии Каланон?»
На его лице отразилось крайнее недоумение, когда он вновь прокрутил в голове увиденное.
Посланницы Лаксибла, склонившиеся перед своим божеством.
И маркиз Палатио, который принимал их поклонение как нечто само собой разумеющееся.
Сомнений быть не могло: маркиз Палатио действительно являлся тем самым «Принимающим молнии Каланоном», которому поклонялось целое государство.
Однако поверить в это здравому уму было непросто.
Это шло вразрез со всяким здравым смыслом.
Живой человек, который ходит среди них, дышит, говорит...
К тому же, пусть он и невероятно силен, но он даже не король, а всего лишь дворянин. И этот человек — бог?
Подобное просто не укладывалось в голове.
И все же Кармаксес III не стал отмахиваться от увиденного как от нелепой небылицы. На то у него имелись две веские причины.
Два обстоятельства не давали ему покоя.
Первое — сведения из древних фолиантов, где упоминалось, что у некоторых нечеловеческих рас существуют так называемые «живые боги», сошедшие в мир смертных.
Второе же крылось в поведении Сольран.
«...Если маркиз Палатио действительно бог, тогда становится понятно, почему Сольран так предана ему».
До сих пор Кармаксес III пребывал в полном недоумении относительно того, почему Сольран беспрекословно подчиняется маркизу.
Пусть за ее вечной ленью и расслабленностью это было трудно разглядеть, король прекрасно знал ее истинную натуру.
Ее картина мира строилась исключительно на суровом законе джунглей — выживании сильнейшего.
И согласно этой логике, маркиз Палатио должен был стоять на ступень ниже нее.
Маркиз, безусловно, обладал огромной силой, но с Сольран он сравниться не мог.
Однако реальность противоречила логике.
В ее глазах он всегда занимал недосягаемую, священную высоту, выходящую за рамки привычных ей законов силы.
Да, ходили слухи, будто в прошлом маркиз оказал ей неоценимую услугу, но одним лишь чувством долга такое благоговение объяснить было невозможно.
Но если маркиз Палатио действительно бог?..
Тогда все вставало на свои места.
Становилось ясно, почему хищница, признающая лишь силу, столь преданно следует за ним, оберегает и почитает его.
В пустом, погруженном в тишину коридоре
Кармаксес III еще долго со сложным выражением лица смотрел туда, где только что стоял маркиз Палатио.
«...Похоже, мне стоит поподробнее разузнать об этих живых богах».
С этой мыслью он развернулся, мысленно внося коррективы в свои планы.
***
Бал продолжался еще около недели. Вдоволь «насладившись» им, Алон начал потихоньку готовиться к отъезду.
Празднества должны были греметь еще пару дней, но у него не было ни малейшего желания оставаться здесь до победного конца.
...Честно говоря, для него все эти балы были лишь источником жуткой усталости.
— Мы возвращаемся в Лартанию?
— Да.
— Тогда я немедленно все подготовлю.
Эван, до этого мирно уплетавший десерт, поднялся и вышел из комнаты.
Алон оставался один и принялся неторопливо анализировать сведения, которые ему удалось собрать за время празднеств.
Впрочем, большая их часть не стоила и выеденного яйца.
«...Пожалуй, единственной стоящей новостью можно назвать то, что из-за инцидента с Чудовищными вратами в стране сейчас неспокойно...»
Кроме того, от одного из кэлибанских аристократов он краем уха услышал, что Деус Макалиан в последнее время трудится в Кэлибане не покладая рук.
«...Кажется, он там что-то строит».
Выведать подробности не удалось, что слегка раззадорило любопытство Алона, однако вскоре его мысли переключились на другое, куда более странное происшествие, случившееся вчера.
«Приветствую короля Колонии».
«Давно не виделись, маркиз Палатио».
«...? Ах, да. Но... почему вы обращаетесь ко мне столь уважительно?..»
«А, кхм-кхм... Нет, ничего. Забудьте».
«...???»
Речь шла о внезапной перемене в поведении Кармаксеса III, который вдруг заговорил с ним на «вы».
«...С чего это он вдруг стал со мной так вежлив?»
Пока Алон озадаченно хмурился, пытаясь найти логическое объяснение, дверь приоткрылась.
— Маркиз, все готово к отъезду.
— Так быстро?
— Я подумал, что вы не захотите здесь задерживаться, поэтому собрал вещи заранее.
Одобрительно кивнув исполнительному Эвану, Алон вышел на улицу и сел в карету, готовую везти его обратно в Лартанию.
***
Сили Макалиан, младшая сестра Деуса Макалиана, в последнее время все чаще пребывала в глубоком недоумении.
А виной тому было изваяние, выросшее прямо посреди ее личной тренировочной площадки, которую Деус столь любезно обустроил для ее занятий магией.
Мало того, что у этой статуи была готова лишь нижняя половина тела,
так Сили в принципе и не возражала бы против присутствия «этого шедевра» на своей территории.
Да, этот недострой уже сейчас по своим масштабам превосходил полноценную статую, украшавшую их сад, но, к щастью, и сама тренировочная площадка Сили отличалась поистине исполинскими размерами.
Настоящая проблема крылась в другом.
[Кхм, кхм.]
А именно — в ее старшем брате, Деусе Макалиане, который повадился приходить сюда в любое время дня и ночи, чтобы просто полюбоваться на эти каменные ноги.
Нет, сам по себе визит брата Сили только радовал — она, хоть и стеснялась признаться, искренне любила своего старшего брата.
Но...
[Сили, ну как тебе статуя маркиза?]
[Хм, сегодня изваяние прямо-таки сияет. Ты тоже так думаешь, Сили?]
[Она создается поистине безупречной. Согласна, Сили?]
Каждый раз, приходя на площадку, Деус уставлялся на эти каменные ноги и настойчиво требовал от сестры восторженных отзывов.
Конечно, Сили послушно натягивала вежливую улыбку и поддакивала брату, но...
На самом деле в ее голове крутилась лишь одна-единственная мысль.
«Да тут же, блин, одни штаны...» — думала она с каменным лицом.
Сказать правду в глаза любимому брату она не решалась, а потому продолжала мило улыбаться. Вот и сегодня, выйдя на тренировочную площадку, она замерла.
— ?
Сили вдруг осознала, что недостроенная статуя заметно подросла.
И ладно бы просто подросла!
Если поначалу эти каменные ноги едва достигали уровня второго этажа обычного дома,
то теперь они уже уверенно вздымались куда выше.
— ...???
Пока Сили ошарашенно разглядывала это чудо архитектуры,
— А, ты уже здесь, Сили, — раздался знакомый голос.
— Брат?..
— Да, это я.
Переведя взгляд с сияющего гордостью Деуса на гигантские каменные ноги, Сили с трудом удержала на лице улыбку и спросила:
— ...Эм, брат, а статуя... вам не кажется, что она стала немного больше?
— Все верно. Я решил немного увеличить масштаб.
— ...
«Да это ни хрена не "немного"!..» — чуть было не сорвалось у нее с языка, но Сили вовремя прикусила язык и спросила:
— Но если так пойдет и дальше, то когда статуя будет полностью готова, она же окажется гораздо выше нашего особняка?
— Именно. Но у меня не было выбора.
— ...Не было выбора?
— Да. До меня дошли слухи, что Радан собирается преподнести маркизу статую Морского Владыки.
— Статую... Морского Владыки?
— Именно. И говорят, она будет поистине исполинских размеров.
Сили очень любила брата, но в этот момент ей безумно хотелось спросить, какая, черт возьми, связь между подарком Радана и размером их собственной статуи.
— ...Эм, брат?
— Что такое?
— ...Разве в подарке главное не искренность, а не его физический размер?
Сили попыталась воззвать к здравому смыслу, но Деус лишь покачал головой.
— Ты не права, Сили.
— ...Не права?
— Именно. Подарок должен потрясать воображение и вызывать трепет. А чем он больше, тем сильнее этот трепет. Разве ты сама этого не чувствуешь?
Глядя на брата, который буквально лучился гордостью и самодовольством, Сили молча перевела взгляд на статую.
Точнее, на то, что по-прежнему оставалось всего лишь парой гигантских каменных ног.
— О-о-о...
Деус тихо, с благоговением вздохнул, всем своим видом показывая: «Вот это я понимаю, масштаб».
«Что за бред...» — мысленно простонала Сили.
— Ах да, чуть не забыл. Я планирую ненадолго съездить в Лартанию.
— ...В Лартанию?
— Да. Я хочу лично привезти редчайшие драгоценные камни, чтобы инкрустировать их в «глаза» статуи маркиза. Если мы сделаем глаза из них...
Глаза Деуса лихорадочно заблестели, словно перед ним раскинулись бескрайние просторы вселенной.
— ...это будет поистине достойно величия маркиза.
Глядя на своего обычно грозного брата, который превращался в восторженного мальчишку, стоило лишь зайти речи о маркизе, Сили поймала себя на мысли, что начинает тихонько недолюбливать этого самого маркиза Палатио...
***
Загружаем комментарии…