Фу-ух...
Золотой дракон — теперь мужчина со светло-каштановыми волосами — выглядел уставшим. Он уселся на краю обрыва в дальнем уголке Парящей земли, в точности там же и в той же позе, в какой когда-то встретил Иэна внутри иллюзии.
— Я уже начал беспокоиться, что он потеряет цель и решит довольствоваться тем, что есть.
Мужчина лениво шевельнул рукой. В воздух выплеснулась золотая мана и собралась в человеческую фигуру.
Получившийся образ был точной копией Иэна.
И это была не просто неподвижная картинка. Двойник двигался, поворачивал голову, беззвучно шевелил губами — словно происходящее с настоящим Иэном передавалось сюда в ту же секунду.
— Хорошо, что характером он на меня похож.
Мужчина смотрел на золотую фигуру без особой теплоты, но и без враждебности. Так разглядывают камень необычной формы: без симпатии и неприязни, просто из любопытства.
Затем его голос стал тише.
— И всё-таки этого мало.
Иэн, разумеется, услышать его не мог. Но мужчина продолжал говорить, будто обращался прямо к нему.
— Расти дальше. И, пожалуйста, немного быстрее.
Золотой образ Иэна начал блекнуть. Почти одновременно стал прозрачнее и сам мужчина — так обычно исчезает магический двойник.
— У тебя впереди ещё много работы.
Он почувствовал, что снова растворяется, и даже не стал смотреть на собственные руки. Судя по всему, такое случалось с ним далеко не впервые.
— До чего же неудобно. Так и жить невозможно.
Проворчав это, мужчина опустил взгляд к земле.
Парящая равнина находилась так высоко, что внизу почти ничего нельзя было различить. Его это не смущало. Он неторопливо оглядывал мир под облаками, будто видел каждую мелочь.
— Интересно, сколько теперь придётся ждать до следующей встречи...
Закончить фразу он не успел.
Фигура дрогнула и растаяла, как мираж. На Парящей земле не осталось ни следа его присутствия.
* * *
Погоня за драконианином Эвантусом. Больше сотни дней в Хранилище времени. Опасное обострение отношений с Империей Колдвуд. Болезнь нынешнего императора, затем его выздоровление. Наконец — смерть Рагнара, поднявшего руку на собственного отца.
После месяцев, когда одно тяжёлое событие наслаивалось на другое, жизнь наконец начала приходить в порядок.
Особенно жёстко власти разобрались с последствиями гибели пятого принца.
Терри Гринривер, пожалуй, скорбел о сыне сильнее всех. Но как император он отнёсся к делу холоднее любого другого. Рагнара признали виновным в покушении на жизнь государя и не сняли с него ни одного обвинения. Даже положенных члену императорской семьи государственных похорон не устроили.
Затем следствие добралось до людей, подталкивавших пятого принца.
Командир Первого императорского рыцарского ордена Дамфил Морит и столичный аристократ Оберн Паркер были приговорены к высшей мере. Их семьи и домочадцы лишились имущества и привилегий. До самого конца оба кричали о своей невиновности и уверяли, что ими помыкало чудовище, называвшее себя потомком драконов. Эти слова сочли последним бредом осуждённых.
Редио и Дуглас, напротив, получили всеобщее признание. Именно они, по официальной версии, нашли средство против неизвестного яда и спасли императору жизнь.
На деле вклад Иэна был куда больше, но на виду оказались прежде всего заслуги отца и сына. Даже императорские алхимики, недавно смотревшие на Редио косо, теперь произносили его имя с уважением.
Император собирался щедро наградить обоих, однако церемонию пришлось отложить. У Редио оставалось дело, которое было важнее любых почестей: исследование лепестка Цветка Ландеора. Именно из него они рассчитывали приготовить лекарство от давнего отравления маной.
Иэн объяснил обстоятельства государю, и Терри без возражений согласился подождать.
— Закончили? — спросил Иэн.
Редио сглотнул.
— Теоретически... да. Состав идеален.
Исследование лепестка завершили на несколько дней быстрее, чем прежнюю работу со стеблем и листьями Цветка Ландеора. Результат был успешным. Во всяком случае, с точки зрения знаний Редио и Дугласа перед ними находилось безупречное противоядие.
— Тогда почему же вы медлите? — осторожно спросила Ванесса, стоявшая рядом.
— Я...
— Говорите прямо.
Редио помедлил.
— Мне страшно.
— Страшно?
Он не ответил сразу. Вместо этого оглядел людей, собравшихся в доме.
Шесть с половиной лет под одной крышей. За это время люди, когда-то бывшие чужими, стали почти семьёй. Увидев знакомые лица, Редио немного успокоился и наконец продолжил.
— Если даже это лекарство не сработает... боюсь, я уже никогда не смогу вылечиться. Такая мысль всё время лезет в голову.
В том-то и заключалась беда: противоядие казалось почти совершенным.
Если не поможет даже оно, что тогда? Существует ли вообще средство лучше? И если существует, сумеет ли Редио когда-нибудь создать его сам?
— Не думайте об этом, — сказала Ванесса.
Она взяла его дрожащую ладонь обеими руками. Её маленькая ладонь была тёплой, и это тепло передалось Редио.
— Всё будет хорошо.
После этих слов Ванесса повернула голову и выразительно посмотрела на сына.
Объяснений Иэну не понадобилось. Во взгляде матери отчётливо читался приказ: хватит стоять столбом, скажи человеку хоть что-нибудь ободряющее.
— Да. Не переживайте так, — послушно произнёс Иэн.
И тут понял, что не представляет, чем продолжить.
Иэн ненадолго задумался, затем кивнул.
— Я всё равно проживу дольше вас.
Сказано это было совершенно серьёзно и, по мнению Иэна, даже очень утешительно.
Смысл ведь очевиден: если лекарство не поможет, он будет до самой смерти Редио подавлять последствия отравления маной собственными силами. То есть Иэн обещал не бросить его до конца жизни. Разве не трогательно?
Почему-то Ванесса помрачнела.
Дуглас тоже посмотрел на Иэна как-то нерадостно.
А вот Редио, к удивлению всех, приободрился.
— Если так посмотреть... и правда неплохо. Можно всю жизнь сидеть у вас на шее. Даже выгодно! Самый влиятельный человек империи обязуется содержать меня до старости — о чём ещё мечтать?
Похоже, странное утешение попало точно в цель.
— Значит, сработает лекарство или нет, дальше всё равно рассчитываю на вас. Самый влиятельный человек континента, Владыка Башни Слоновой Кости и мой пожизненный покровитель — господин Иэн Пейдж.
— Пока вы продолжаете варить хорошие лекарства — без проблем.
— Ну разумеется!
Иэн с победным видом посмотрел на мать.
Ванесса несколько секунд наблюдала за двумя мужчинами, чья беседа всё сильнее напоминала разговор не совсем нормальных людей, а потом всё же не выдержала и улыбнулась.
— Что ж... пора.
Редио обеими руками взял чашу.
Противоядие было налито не во флакон, а в чашу. Жидкость отсвечивала бледным пурпуром.
— Я... выпью.
Он поднёс чашу к губам.
Лекарства оказалось немало: кадык дёрнулся четыре раза, прежде чем Редио опустошил сосуд до дна.
Почти сразу его повело в сторону.
Пот хлынул градом. Кровь понеслась быстрее, тело раскалилось изнутри.
Ха-а...
Редио выдохнул горячий воздух.
Главная проблема отравления маной скрывалась в сосудах. Мельчайшие остатки маны оседали внутри них и всю жизнь раздражали мана-мозг, вызывая хронические симптомы. Даже Иэн не мог магией полностью убрать эти едва заметные отложения.
Теперь всё зависело от одного: сумеет ли лекарство смыть эти отложения со стенок сосудов.
Ха-а... ха...
Тяжёлое дыхание продолжалось довольно долго. Пока тело горело, Редио попросту не мог дышать иначе. В доме стояла мёртвая тишина: все следили за ним, боясь пропустить малейшую перемену.
Наконец он с хрипом выдохнул в последний раз и сплюнул в пустую чашу накопившуюся мокроту. В ней была кровь.
Теперь оставалось проверить результат.
Исчезли ли отложения маны из сосудов или всё ещё цеплялись за стенки? Способ выяснить это был до смешного прост: надо было немного подождать.
— Голова...
Самым обычным и одновременно самым мучительным признаком отравления маной была особая головная боль, исходившая от мана-мозга. С ней человек жил до смерти. Редио настолько к ней привык, что не сразу понял, что изменилось.
Прошло совсем немного времени.
— ...не болит.
Он замер, прислушиваясь к себе.
Боль, которая сопровождала его столько лет, что уже казалась частью тела, исчезла без остатка. Редио подождал ещё. Потом ещё немного.
Ничего.
Лекарство сработало идеально.
— П-папа!
Первым сорвался Дуглас.
По его щекам покатились огромные слёзы. Он всю жизнь видел, как отец мучается от болезни. Теперь Редио наконец был свободен.
— Дуглас...
Они обнялись.
Один плакал оттого, что больше не болен. Другой — потому, что больше не придётся смотреть на страдания отца. В этих слезах было одно и то же чувство: долгие годы боли закончились.
Всхлипнула и Ванесса.
Очень скоро весь дом превратился в сплошное море слёз.
«Мне тоже положено плакать?»
Иэн пару секунд всерьёз обдумывал этот вопрос, затем тихо усмехнулся и решил не мешать.
Он уже направился к кабинету, когда заметил поодаль розовую кошку.
Та делала вид, будто происходящее её совершенно не касается, но время от времени косилась в сторону плачущих людей.
— Ваше Величество.
Кошка не отозвалась.
Когда Иэн подошёл ближе, она и вовсе закрыла глаза, изображая глубокий сон.
Похоже, Королеве фей было до ужаса неловко признавать, что она не просто наблюдала за людьми, а смотрела на них с вполне довольным, почти тёплым выражением.
— И давно вы тут спите?
(Кхм! Кто сказал, что я спала?)
Королева мгновенно подняла голову. Продолжать спектакль смысла уже не было.
(Раз уж этот человеческий алхимик справился со своей пустяковой болезнью, передай ему, чтобы поскорее занялся тем зельем. Тем, с помощью которого можно добраться к Нему. Из красного дракона... ну, ты знаешь! Пусть готовит немедленно.)
— Скоро. Дайте им ещё немного времени.
Иэн кивнул в сторону Редио и Дугласа. Они только что дождались долгожданного исцеления; пусть хотя бы немного порадуются спокойно.
Королева фей, судя по всему, и сама не собиралась всерьёз торопить их. Она лишь демонстративно фыркнула Иэну в лицо и ушла в свою комнату.
— Хм-м.
Иэн тоже отправился к себе.
Стоило ему сесть, как он снова погрузился в мысли.
«Драконы...»
Месть удалась. В этом сомнений не было. И никакой пресловутой пустоты после возмездия Иэн не чувствовал. Банальные рассуждения о том, что месть никогда не приносит удовлетворения, к нему не относились. Смерть Рагнара принесла ему настоящее, острое удовлетворение.
Проблема была в другом.
«Опять эти драконы».
Рагнар Гринривер долгие годы сидел в горле занозой. Иэн наконец вытащил её — и тут же обнаружил на её месте новую помеху.
Только теперь это была уже не заноза.
Драконы оказались ебаной глыбой, застрявшей поперёк горла. Такой огромной, что горло распирало, будто оно вот-вот лопнет.
«Я бы с радостью избавился от них прямо сейчас».
Но нынешнему Иэну о таком оставалось только мечтать. Попытайся он всерьёз выступить против настоящих драконов — и хорошо ещё, если от него останется пыль. Возможно, не останется даже её.
Ха-а...
Тяжёлый вздох разнёсся по кабинету.
Стоило ли вообще считать драконов врагами? Насколько сильнее должен стать Иэн, чтобы перестать зависеть от их воли? Один вопрос тянул за собой следующий, и ни на один пока не было надёжного ответа.
Но кое в чём он всё-таки был уверен.
«Сейчас они не хотят причинять мне вред».
По крайней мере пока.
Иногда их вмешательство и вовсе напоминало защиту.
«Значит, время у меня есть».
В этот момент в дверь негромко постучали.
— Господин Иэн. К вам посетители, — сказала Эмили, одна из немногих служанок, оставшихся в поместье.
— Посетители?
Иэн нахмурился.
Среди тех, кого Иэн мог ожидать, не было никого, кого Эмили назвала бы просто «посетителями». Если бы явился наследный принц, она сказала бы о наследном принце. Если маги Башни — о магах. Значит, пришёл кто-то посторонний.
— Они из Империи Колдвуд...
О колдвудской делегации Иэн знал. Её прислали поздравить Терри Гринривера с выздоровлением. Забавно: совсем недавно Колдвуд собирался использовать болезнь императора как повод для войны, а теперь спешил выразить радость по поводу его здоровья.
«Наглости им не занимать».
Но почему посольство пришло в поместье Иэна? По всем правилам они должны были прежде всего отправиться во дворец и предстать перед государем.
— Отослать их? — спросила Эмили.
— Нет. Я сам посмотрю.
Иэн вышел из дома — и сразу понял, почему служанка говорила так неуверенно.
Колдвудцев было не двое и не трое.
Но людей всё-таки было меньше, чем повозок.
Перед главным домом стояли целые ряды грузовых повозок, доверху набитых неизвестно чем. Они заняли почти всю просторную площадку перед поместьем.
— Это ещё что?..
— О-о! Господин Иэн! Какая встреча!
Из толпы донёсся знакомый голос.
К Иэну торопливо шагал Роберто Пойен, хозяин торгового дома Пойен — тот самый купец, который когда-то помог выставить на продажу Книгу Драконьего языка. Его внушительный живот заметно подпрыгивал при каждом шаге.
Сам Роберто, разумеется, колдвудцем не был.
— С того дня мы ведь ни разу не виделись! Вы так долго не давали о себе знать, что я уже боялся, не случилось ли чего. А вы, оказывается, успели снова прославиться на весь континент! Впрочем, от вас другого и не ждёшь.
Иэн кое-как ответил на поток любезностей, но яснее от этого не стало. Он снова посмотрел на бесконечные повозки.
— Что здесь происходит?
— Ах, да... Насчёт этого... позволите сказать на ухо?
Получив кивок, Роберто наклонился ближе и понизил голос.
— Если совсем коротко: наследный принц Империи Колдвуд попросил передать всё это лично вам. Подчёркиваю — лично. Это его частный подарок господину Иэну Пейджу.
Загружаем комментарии…