Глава 67.1. Старший брат, где наш мастер?

В Секте Речного Духа было восемь горных вершин: четыре располагалось на северном берегу, три — на южном и одна – посередине… Центральная гора, в сердце которой находилась основа секты.

Это место, откуда совет старейшин, под руководством главы секты Чжэн Юань Дуна, обычно управляет делами секты.

В данный момент эхом раздавался звон колоколов, старейшины северного и южного берегов собрались в большом зале, посередине сидел глава секты.

Вскоре после этого, Ли Цин Хоу и Оу Ян Цзе доставили сюда Бай Сяочуня и оставили его ждать снаружи, а сами вошли внутрь.

Перед залом, по обе стороны от двери в карауле стояло четыре ученика, которые с любопытством разглядывали Бай Сяочуня.

Бай Сяочунь оглянулся и улыбнулся. Он был здесь впервые, так что решил осмотреться. Ци была богатой, а растения – прекрасными. Это место было божественным, изолированным от мирского шума… С точки зрения спокойствия, даже Гора Душистых Облаков не могла конкурировать с этим местом.

Этот зал, одно из важнейших мест секты. Другие ученики, его посещавшие, ступали с особой осторожностью, но Бай Сяочунь не чувствовал совсем никакого давления и беспечно разглядывал окружение.

Естественно, это спокойствие удивило четырёх учеников. Для них не было неожиданностью думать, что лишь персона с огромным авторитетом может сохранять спокойствие в таких условиях, что было необычным для простых людей.

На самом деле, даже несмотря на то, что Бай Сяочунь боялся смерти, он знал, что оказал огромную услугу секте, так что для него было просто невозможно умереть здесь. Поэтому он без всякого страха и, высоко подняв голову, ожидал свою награду.

«С мои вкладом… Награда должна быть не меньше, чем что-то вроде пилюли, продлевающей жизнь на сто лет… Один миллион очков содействия, возможно, лучшая пещера, что у них есть. Естественно, повышение до внутреннего ученика. Хех», — ожидая, Бай Сяочунь всё больше и больше волновался, что его не зовут в большой зал.

Удивлённый Бай Сяочунь продолжал ждать. Долгое время спустя, когда он уже был готов стонать от нетерпения, из дворца послышался беспомощный голос.

— Бай Сяочунь, входите.

Собравшись, Бай Сяочунь глубоко вздохнул, изо всех сил стараясь выглядеть так, словно для секты он готов прыгнуть в кипящую воду и пройти сквозь огонь. Он большими шагами вошёл и сразу же обхватил кулак в знак уважения.

— Бай Сяочунь с Горы Душистых Облаков гордится оказанной честью встретиться с советом предков.

Выказав своё почтение, Бай Сяочунь поднял голову и увидел старика, стоящего в середине и одетого в белые одежды. Его культивирование было непостижимым.

Вокруг него было восемь человек – шесть мужчин и две женщины. Ли Цин Хоу и Оу Ян Цзе тоже были среди них. Все присутствующие разглядывали Бай Сяочуня, очевидно, удивлённые тем, что он жив.

Что до того, как он был одет, то, приглядевшись поближе, они могли сказать, что дыры и пятна крови на его одежде не были сделаны им намеренно, а на самом деле являлись результатом последствий сражения.

Бай Сяочунь выглядел чистым и невинным, был очень послушным, ни в малейшей степени не надменным и не смиренным, а просто спокойным.

Эта сцена, хоть и выглядела нормальной и только подтвердила и без того великий образ Бай Сяочуня, до сих пор заставляла их чувствовать себя несколько странно.

— Бай Сяочунь, подробно расскажите нам о своём участии в деле Падшего Клана Чень, от начала и до конца, — мягко сказал Ли Цин Хоу, глядя на Бай Сяочуня.

Бай Сяочунь спокойно пересказал старейшинам всю историю от начала и до конца, исключая лишь старца в черном халате. Это было его личной тайной.

Кроме того, он также поведал о жертве Фэн Яня и опасностях путешествия. Он представил историю очень хитро, подчёркивая не свои заслуги, а вклад Фэн Яня, Ду Лин Фэй и Хоу Юнь Фэя.

— Я виноват, старший брат Фэн умер, чтобы спасти меня, это моя вина.

Чем больше он действовал подобным образом, тем выше его оценивал совет. Однако эти люди были очень опытными культиваторами. По одежде, которую носил Бай Сяочунь, они могли бы сказать, что в его характере присутствует тонкая хитрость, но они действительно против этого не возражали.

— Вы очнулись уже полностью исцелённым? — глава секты улыбнулся, не сильно заботясь об объяснениях Бай Сяочуня, в конце концов, у каждого есть свои собственные секреты. Секта добивалась чувства принадлежности, а не тотального контроля. В противном случае, возникли бы разногласия.

— Бай Сяочунь, вознаграждение за ваш вклад в это дело было выдано несколько месяцев назад. Теперь вы… Почётный Ученик нашей секты! — в тот момент, когда глава секты сказал эти слова, Бай Сяочунь почувствовал, что это несколько странно. Он впервые слышал этот термин.

Перед тем, как он появился, была проведена дискуссия, обе стороны были в затруднительном положении. Это звание имело большой вес и давалось только посмертно и никогда — живым людям. Но теперь живой и здоровый Бай Сяочунь стоял перед их дверью…

Получив известие о том, что Бай Сяочунь жив, все они были ненадолго ошеломлены.

Это не было званием, которое они могли бы просто так забрать. Состоялись похороны, объявление, всё… Это было действительно проблематично, поэтому они и заставили его так долго ждать за дверями большого зала.

После продолжительного обсуждения, без возможности что-то изменить и в соответствии с правилами секты, они решили оставить Бай Сяочуню его титул.

— Почётный Ученик? — Бай Сяочунь моргнул, совершенно не обращая внимания на титул, о котором он никогда не слышал. Он несколько раз моргнул, глядя на старейшин, будто ожидая чего-то ещё. Он не мог этого вынести и через некоторое время взял на себя инициативу и заговорил.

— Э-э… И это всё? — спросил Бай Сяочунь.

— Это всё, — глава секты выдавил из себя улыбку.

Бай Сяочунь запаниковал. Он открыл рот, будучи готовым возразить и рассказать им о своих трудностях и смертельных испытаниях, когда Ли Цин Хоу вдруг закашлял. Он был одним из людей, наиболее знакомых с личностью Бай Сяочуня.

— Ты не должен поблагодарить совет? За последние десять тысяч лет, звание Почетного Ученика было выдано лишь десять раз, и ты, единственный, кто получил его при жизни!